принимая во внимание, что Кравченко требовал 4 000 000 в возмещение моральных и материальных убытков и опубликования приговора в вышеназванной газете,

принимая во внимание, что ответчики, на основании ст. 35 закона 29 июля 1881 года пожелали привести доказательства своим утверждениям, по которым, как писал Вюрмсер, Кравченко обманул свое начальство, которое ему оказывало доверие, и этим хвастал в своей книге,

принимая во внимание, что ответчики назвали Кравченко „мерзкой личностью“, и тем самым потеряли меру, допустимую в суждениях, и перешли в область грубых ругательств, не для выяснения правды о нем, но с тайной мыслью нанести ему ущерб в глазах его возможных читателей, затронув его честь,

принимая во внимание, что Вюрмсер и Морган обозвали Кравченко „предателем“ на основании его ухода из вашингтонской закупочной комиссии в 1944 году и его интервью, данного в то же время „Нью-Йорк Таймсу“,

принимая во внимание, что до разрыва с советской властью Кравченко ни в чем недостойном по отношению к ней не был замечен,

однако, принимая во внимание, что его выпады против режима его страны были несвоевременны и неуместны, так как шла война, и в то же время — принимая во внимание его слова, что он хотел послужить союзникам,

но в то же время, исходя из того, что гг. Морган и Вюрмсер не имели права называть Кравченко „предателем“, что они могли критиковать его поведение, но не употребляя для этого…

(пропуск одной строки — прим. OCRщика)

…Кравченко в комсомоле и в Харьковском институте доказано свидетелем Лаговским, а работа его при Совнаркоме — документами,

и напоминая, что не Кравченко должен был доказывать свою правоту, а, наоборот — гг. ответчики, —

суд переходит к утверждениям „Лэттр Франсэз“ о том, что рассказы Кравченко в его книге о событиях в СССР были вымыслом.

И в этом пункте, принимая во внимание, что Кравченко рассказал в своей книге о нищете и страданиях своего народа, резко обрушиваясь на режим своей страны, и что эти рассказы были подтверждены свидетелями, которые находились в тех же местах и в те же годы, о которых говорил Кравченко,

но в то же время, принимая во внимание, что другие свидетели, разных национальностей, говорили обратное,

и заключая из этого, что только тщательное изучение на месте, с возможностью проникнуть в архивы, могло бы разрешить этот важный спор,

суд считает себя недостаточно компетентным, чтобы дать свое заключение о режиме, о котором говорил Кравченко. Суду остается только отметить резкие противоречия, которые обнаружились между свидетелями обеих сторон;

принимая во внимание, что Кравченко мог допустить некоторые неточности в своей книге, и что его выводы могут быть оспорены, что „Я выбрал свободу“ иногда приобретает характер памфлета, и что автор ее умалчивает о некоторых положительных достижениях в его стране, доказывая этим свое пристрастие,

но что, с другой стороны, не было доказано на суде, что Кравченко лгал, как не была доказана гг. Морганом и Вюрмсером правота их утверждений, —

суд принимает во внимание поведение этих двух лиц во время резистанса, и то обстоятельство, что они оба ярые полемисты, и считает, что им должно вынести умеренный приговор.

На том основании, что материальный ущерб, нанесенный Кравченко диффамацией, был ничтожен, и сообразуясь со всем делом целиком, суд постановляет приговорить Кравченко 50 000 франков и обязать гг. Вюрмсера и Моргана к уплате штрафа в размере 5 000 франков и к опубликованию этого постановления в газете.»

Третий иск был предъявлен Кравченко к Клоду Моргану, как к автору диффамационных статей.

Суд объявляет по нему следующее решение:

«Принимая во внимание, что г. Кравченко счел себя оскорбленным,

принимая во внимание, что г. Морган никаких доказательств по оскорбительным для г. Кравченко утверждениям не представил и вообще не руководился ст. 35 закона 29 июля 1881 года и его дополнением, не предъявил для своего оправдания документов и не пригласил на суд свидетелей, чтобы подтвердить свои слова, — суд может только констатировать, что выражения „предатель“ и „паяц“ были употреблены без всякого основания, с единственной целью задеть личность и замарать честь г. Кравченко.

Эта цель ясна, и тем самым установлена диффамация.

Поэтому г. Морган приговаривается к уплате Кравченко 50 000 фр., к 5 000 фр. штрафа и к опубликованию этого приговора в газете „Лэттр Франсэз“».

Публика, выслушав чтение приговора, ответила на него гулом одобрения. Видимо, ответчики и их адвокаты до последнего момента надеялись выиграть дело. Мэтры Брюгье и Матарассо с опечаленными лицами не скрывали впечатления, которое на них произвела катастрофа. Нордманн тотчас же скрылся через боковую дверь…