Казалось, прошла вечность, прежде чем они добрались до телефона. Вытирая катившийся градом пот, задыхаясь, Дарби схватила трубку, чтобы набрать 911, когда Стэйси вдруг нажала на рычаг.

— Нам нельзя звонить, — сказала она.

— Ты с ума сошла! — взорвалась Дарби. Кроме страха, в ней закипала злость на Стэйси. Нечего удивляться, что Стэйси сбила ее с ног и убежала. Стэйси всегда думала в первую очередь о себе — например, месяц назад они втроем собрались в кино, но так туда и не попали, потому что Стэйси в последний момент позвонила Кристина Патрик и позвала ее на вечеринку. Причем это было уже не в первый раз.

— Дарби, не забывай, мы пили.

— Мы им об этом не скажем.

— Они все равно учуют запах. И не помогут ни мятная жвачка, ни зубная паста, ни освежитель для рта.

— И все же я рискну, — сказала Дарби, пытаясь сбросить руку Стэйси с рычага.

Но Стэйси и не думала отступать.

— Женщина все равно уже мертва, Дарби.

— Этого мы точно не знаем.

— Я видела то же, что и ты…

— Боюсь, что нет, Стэйси, не видела. Ты в этот момент удирала сломя голову. И меня еще толкнула, помнишь?

— Это произошло случайно. Честное слово, я не хотела.

— Конечно, Стэйси. Да я и не удивлена. Ты всегда думала только о себе.

Дарби наконец оторвала руку Стэйси от телефона и позвонила в девять-один-один.

— Ничего, кроме наказания, нам не светит, Дарби. Может быть, вас с Мел и не повезут на Кэйп Код, зато твой отец не станет… — Стэйси оборвала себя на полуслове и разрыдалась. — Вы понятия не имеете, что творится у меня дома. Ни ты, ни Мел.

Наконец на том конце провода послышался голос оператора:

— Девять-один-один, изложите суть проблемы.

Дарби представилась и рассказала о случившемся. Стэйси тем временем отбежала за ближайший мусорный бак. Мел невидящим взглядом уперлась в холм, с которого они еще в детстве катались на санках, и машинально перебирала «висюльки» на браслете.

Спустя час Дарби снова шла по лесу, но на этот раз уже в сопровождении детектива.

Его звали Пол Риггерс. Они познакомились на похоронах ее отца. У Риггерса были крупные белые зубы, и он напоминал Ларри, долговязого соседа из «Тройки друзей».

— Все чисто, — сказал Риггерс. — Похоже, крошки, вы его спугнули.

Внезапно он остановился и осветил карманным фонариком синий рюкзак от «Л. Л. Вин». Рюкзак был расстегнут, и на дне его виднелись три банки из-под пива.

— Как я понимаю, это ваше.

Дарби кивнула, но внутри у нее словно что-то оборвалось — как будто хотело вырваться наружу и спрятаться в укромном уголке.

Кошелька в рюкзаке не было. Он валялся неподалеку на земле рядом с читательским билетом. Из кошелька вытащили деньги и ученическое удостоверение, на котором были указаны ее имя и адрес.

Мать Дарби ждала ее в полицейском участке. После того как Дарби закончила давать показания, Шейла еще полчаса беседовала с детективом Риггерсом с глазу на глаз и только потом отвезла дочь домой.

Мать молчала, но у Дарби не было ощущения, что Шейла рассержена. Обычно такое сосредоточенное молчание означало, что она просто глубоко задумалась. Или сильно устала — прошел год с тех пор, как Биг Рэда не стало, и ей приходится работать в госпитале по две смены.

— Детектив Риггерс рассказал мне о случившемся, — сказала наконец Шейла срывающимся голосом. — Молодец, что позвонила в девять-один-один.

— Мне очень жаль, что они сорвали тебя с работы, — ответила Дарби. — И еще я хотела извиниться за то, что пила.

Шейла положила руку Дарби на колено и слегка его сжала — в знак того, что случившееся не испортило их отношений.

— Можно я дам тебе совет насчет Стэйси?

— Конечно! — ответила Дарби, хотя и так знала, о чем пойдет речь.

— Дружба с такими людьми, как Стэйси, ни к чему хорошему обычно не приводит. Если ты будешь с ними слишком долго и близко общаться, однажды они потянут тебя за собой, вниз.

Мать была совершенно права. Стэйси никогда не была ей другом, а всего лишь висела мертвым грузом. И пусть она открыла это для себя ценой таких испытаний, все же выводы были сделаны. Она избавилась от бесполезного балласта.

— Мама, а как же женщина, которую я видела? Думаешь, она смогла убежать?