— Мои поздравления, — холодно произнес Эван. — Ты расставила все точки над i.

— И последний вопрос, — сказала Дарби. — Откуда вы узнали, где Странник — извините, Эрл Славик — скрывается?

Эван не отвечал.

— Попытаюсь угадать… — продолжала Дарби. — Это все карта, которую я нашла. Внизу листа был напечатан URL-адрес. Вы выследили Славика по IP-адресу, не так ли?

— По-моему, это не допрос, а обмен информацией. Теперь твоя очередь.

— Неподалеку от дома мы нашли сарай, в котором были оборудованы такие же тюремные камеры, как и на снимках с Кэрол Крэнмор. Дом принадлежит Дэниелу Бойлю. Могу поспорить, что он просто подставил Славика.

Эван промолчал.

— Похоже, вам от СМИ все же не отвертеться. Здесь попахивает грандиозным скандалом, — «посочувствовала» Дарби. — Надеюсь все-таки, что в новостях этого показывать не будут. Они потом еще целый год будут носиться с этой историей. Хотя о чем это я? Вы, конечно, найдете способ замять скандал. Воистину, в вопросах сокрытия правды вашему начальству нет равных.

— Где Бойль?

— Он мертв.

— Это ты его убила?

— Нет, Банвиль. — Дарби продиктовала адрес, где они находились. — Не забудьте захватить вертолет.

Она закрыла глаза и крепче прижалась щекой к пакету со льдом. Кожа стала холодной и бесчувственной.

«Черный ястреб» сделал два круга над лесом, но никаких источников тепла не зарегистрировал. Либо Кэрол мертва на протяжении нескольких дней, либо Бойль ее слишком глубоко закопал.

Поиск могил возобновится завтра в восемь утра, когда прибудет полиция штата с собаками, натасканными на поиск трупов. Теперь это дело перешло к ним.

Эксперты-криминалисты из лаборатории штата приехали незадолго до полуночи и разделились на две команды: одни обследовали дом, другие взяли на себя лес и непосредственно место преступления.

Эвана не подпустили ни к дому, ни к лесу. Большую часть времени он говорил по телефону в дубовой роще у дальнего края участка. Дарби тем временем делилась своими предположениями с двумя детективами Холлоувэя.

Из леса вышел заметно уставший Банвиль.

— Холлоувэй нашел бумажник Бойля, телефон и целую связку ключей, — сказал он. — На что поспорим, что один из этих ключей окажется от дома Славика?

— Я сомневаюсь, что федералы подпустят нас к дому Славика, пока мы не откроем им доступ к дому Бойля.

— А что делает здесь Мэннинг?

— Работает на телефоне. Не удивлюсь, если скоро сюда явится Циммерман со своей бандой веселых эльфов и будет пытаться проникнуть внутрь. Они все там всполошились, когда узнали, что убили не того.

— Кстати, о телефонах. У Бойля в кармане я обнаружил «Блэкберри». Холлоувэй его уже смотрел. Почты он там не нашел, зато телефон «запоминает» все входящие и исходящие звонки. Сегодня в 21.18 Бойль кому-то звонил.

— Кому?

— Пока не знаю. Разговор длился сорок шесть секунд. Холлоуэй сказал, что это массачусетский номер. Теперь он работает с самим номером. Ты говорила с Мэннингом?

— Нет. Он мне ничего не сказал.

— Ну и на здоровье. Ты тоже молчи. Пусть этот сукин сын попотеет.

У Банвиля зазвонил телефон. Когда на экране высветился номер абонента, он даже в лице переменился.

— Это Диана Крэнмор, — сказал он. — Я должен через это пройти. Потом подыщу кого-нибудь, кто бы отвез тебя домой, — и даже не вздумай со мной спорить. Я не хочу, чтобы ты была здесь, когда приедут федералы. Я приму весь удар на себя. Если кто-то спросит, ты была со мной, потому что я приказал.

Дарби смотрела, как двое коронеров несли мешок с телом на носилках, когда подошел Эван.

— Эта шишка у тебя на лице мне что-то совсем не нравится. Приложи еще лед.

— До дома подождет.

— Ты уезжаешь?

— Как только Банвиль найдет мне экипаж, — сказала Дарби.

— Я могу тебя отвезти.

— Вы оставите свой «пост»?

— Я сейчас не особо популярен.

— С чего бы это, ума не приложу!

— Как насчет того, чтобы заключить перемирие и позволить мне отвезти тебя домой? Точнее, в госпиталь.

— Мне не нужно в госпиталь.