— О чём же? — спросил Флетчер.

— Как замечательно было бы расти с таким братом, как ты!

Предсказание доктора Ренуика оправдалось. В уикенд сенатора Давенпорта выписали из больницы, и через две недели никто бы не поверил, что всего месяц назад он был при смерти.

Когда до выборов оставалось лишь несколько дней, Билл Клинтон вырвался вперёд на общенациональных президентских выборах, а Росс Перо по-прежнему забирал очки президента Буша. Нат и Флетчер продолжали разъезжать по штату в темпе, которому могли бы позавидовать олимпийские спортсмены. Ни один из них не ждал, что другой вызовет его на публичные дебаты, и когда одна из местных телевизионных компаний предложила им провести три такие встречи, оба сразу же согласились.

Все признали, что в первой дуэли Флетчер проявил себя лучше, и опросы общественного мнения это подтвердили: Флетчер вырвался вперёд. Нат сразу же сократил свои поездки по штату и провёл несколько часов в телевизионной студии, где его натаскивали его сотрудники. Это помогло, и даже местные демократы признали, что второй раунд Нат выиграл и теперь стал опережать своего соперника в опросах.

Оставался ещё один раунд, на котором оба кандидата так горели желанием не сделать ошибки, что дебаты были скучными и окончились ничейным результатом, или, как выразилась Люси, «внулевую». Ни один кандидат не был обескуражен, узнав, что конкурирующая телевизионная станция во время этих дебатов передавала футбольный матч, который смотрели в десять раз больше телезрителей. На следующий день опросы показали, что обоих кандидатов поддерживают сорок шесть процентов избирателей, при том, что восемь процентов избирателей ещё не приняли решения.

— Где они были последние полгода? — спросил Флетчер, глядя на цифру 8 %.

— Не все так увлекаются политикой, как ты, — предположила Энни за завтраком. Люси кивнула в знак согласия.

Флетчер нанял вертолёт, а Нат взял напрокат самолёт, принадлежащий банку, чтобы передвигаться по штату из конца в конец в течение последних семи дней. Ко дню выборов число неуверенных избирателей снизилось до шести процентов, прибавив каждому из противников по одному пункту. К концу недели, кажется, не осталось ни единого торгового центра, завода, вокзала, ратуши, больницы или даже улицы, где бы они ни побывали, и в конце концов оба согласились, что победителем станет тот, чья политическая машина в день выборов будет работать исправнее. Никто не понимал этого лучше, чем Том и Джимми, но и они не могли придумать ничего нового по сравнению с тем, что уже сделали или к чему подготовились, и им оставалось лишь гадать о том, что именно может пойти вкривь и вкось в последнюю минуту.

Для Ната день выборов был сплошным мельканием аэропортов и главных улиц: он старался до окончания голосования в восемь часов вечера побывать во всех городах, в которых была взлётно-посадочная полоса. Как только его самолёт приземлялся, он бежал ко второй машине в кортеже, который мгновенно срывался с места и со скоростью семьдесят миль в час мчался в город, где замедлял скорость до десяти миль в час, и Нат начинал махать рукой всем, кто проявлял к нему хоть какой-то интерес. Затем на главной улице он выходил из машины и беседовал с жителями, после чего снова мчался в аэропорт и летел в следующий город.

Флетчер провёл своё последнее утро в Хартфорде, стараясь обеспечить себе голоса в ключевом городе штата, после чего сел в вертолёт, чтобы посетить наиболее густонаселённые демократические округа. Позже, уже вечером, комментаторы даже обсуждали, кто из них лучше использовал последние часы. Оба кандидата приземлились в хартфордском аэропорту Брейнард через несколько минут после того, как закрылись избирательные участки.

Обычно в таких случаях кандидаты делали всё возможное, чтобы избежать встречи, но когда Нат и Флетчер приземлились, они сразу же направились навстречу друг другу.

— Сенатор, — сказал Нат, — мне нужно будет поговорить с вами рано утром, чтобы обсудить некоторые поправки к вашему законопроекту об образовании, прежде чем я его подпишу.

— Завтра к этому времени законопроект станет законом, — ответил Флетчер. — Как губернатор я намерен сделать его первым актом своей исполнительной власти.

Оба кандидата увидели, что их ближайшие помощники отошли в сторону, чтобы не мешать беседе, и поняли, что их шутливый разговор не имеет смысла, если его никто не слышит.

— Как Люси? — спросил Нат. — Надеюсь, её проблема улажена.

— Откуда ты об этом знаешь? — удивился Флетчер.

— Пару недель назад сведения об этом просочились к одному из моих помощников. Я дал ему понять, что если он ещё раз поднимет этот вопрос, то больше не будет членом моей команды.

— Спасибо, — поблагодарил Флетчер, — потому что я всё ещё ничего не сказал Энни. — Он помолчал. — Люси провела несколько дней в Нью-Йорке у Логана Фицджеральда, а потом вернулась домой, чтобы быть со мной во время кампании.

— К сожалению, я не мог видеть, как она растёт: всё-таки я её дядя. Жаль, что у меня нет дочери.

— Мне кажется, она охотно променяла бы меня на тебя, — сказал Флетчер. — Я даже увеличил ей карманные расходы в обмен на обещание не напоминать мне всё время, какой ты замечательный.

— Я не говорил тебе, что, после того как ты вмешался, когда тот бандит захватил класс мисс Хадсон в хартфордской школе, Льюк повесил твою фотографию на стенку в своей спальне и так её и не снял; передай от меня наилучшие пожелания моей племяннице.