В результате Андроник был заточен «в башню Анемы – самую страшную тюрьму Константинополя. Просидев несколько лет, Андроник, благодаря своей исключительной смелости и сообразительности, совершил оттуда побег, был опознан, схвачен, вторично бежал и сумел добраться до русского князя Ярослава Осмомысла Галицкого» [44], с. 257–258.

Затем Андроник несколько раз мирился и ссорился с Мануилом. Какое-то время он даже предводительствовал войсками Мануила, но затем ему пришлось снова бежать и он долгие годы провел в изгнании. Андроник побывал во многих странах, был в Иерусалиме, Багдаде, Иконии, Дамаске [44], с. 258. Но особенно тесными были его связи со скифами, то есть с Русью. Царь-градские летописи обвиняют его в пристрастии к скифским обычаям, к скифам. Как сообщает Никита Хониат, перед смертью Андроник пытался переправиться к тавроскифам, то есть на Русь: «Предположил же он бежать к тавроскифам, потому что все римские области, равно как и владения других народов, считал для себя не безопасными» [140], с. 355. С.Б. Дашков именует скифскую охрану Андроника «варяжской» [44], с. 261. Никита Хониат говорит: «Он (Андроник – Авт.) имел при себе немало телохранителей, притом всех варваров… которые… по большей части нисколько не понимали греческого языка» [140], с. 331.

В то же время Андроник, как считается, не любил «латинян» [44], с. 258. Более того, придя к власти, «Андроник объявил войну находящимся в Константинополе латинянам» [140], с. 264.

После смерти Мануила в 1180 году власть перешла к его молодому сыну Алексею. Но в Царь-Граде началась смута: знать и горожане призвали на царство Андроника. Он в то время управлял городом Эней в Пафлагонии, не так далеко от Царь-Града [44], с. 258.

«Весной 1182 года пафлагонские войска двинулись на столицу. По пути армия Андроника обрастала как снежный ком жителями восточных провинций, приветствовавшими приход Комнина, освободителя от засилия «латинян». Одно имя Андроника вызывало в столице ликование, про его достоинства народ слагал восторженные песни. Посланный для организации борьбы с мятежом константинопольский сановник Андроник Ангел переметнулся на сторону восставших… Андроник Комнин долго не вступал в столицу, выжидая удобный момент… Лишь в апреле 1183 года… Андроник торжественно въехал в Константинополь» [44], с. 258–259.

Став императором, «Андроник существенно ограничил расходы двора… и принялся решительно искоренять злоупотребления чиновников и знати» [44], с. 259. По этому поводу Никита Хониат (относящийся, кстати, крайне отрицательно к Андронику) пишет следующее: «Он помогал бедным подданным щедрыми подаяниями… Он до такой степени обуздал хищничество вельмож и так стеснил руки, жадные до чужого, что в его царствование населенность во многих областях увеличилась… Кто отдал КЕСАРЕВА КЕСАРЕВИ (опять евангельское выражение – Авт.), с того никто больше не спрашивал, у того не отнимали, как бывало прежде, и последней рубашки… От одного имени Андроника… разбегались алчные сборщики податей; оно было страшным пугалом для всех, кто требовал сверх должного, от него цепенели и опускались руки, которые прежде привыкли только брать… Он не продавал общественных должностей… но предоставлял их даром и лицам избранным» [140], с. 333–334.

Знать, в том числе и ближайшие родственники Андроника, были, естественно, недовольны. Они считали, что он обижает знатных, требуя равенства всех перед законом. «Недовольная знать стала поднимать против Андроника мятежи» [44], с. 259. Никита Хониат, выражающий точку зрения противников Андроника, не жалеет темных красок, описывая правление Андроника как «действия зверя», см. подробности ниже. С.Б. Дашков пишет: «Император организовал неслыханный доселе террор против знати» [44], с. 260.

В конце концов, когда Андроник находился в своей загородной резиденции, в Царь-Граде вспыхнул мятеж в пользу Исаака Ангела, одного из приближенных Андроника и его дальнего родственника (роды Ангелов и Комнинов были родственными). Андроник попытался подавить восстание и лично прибыл в столицу. Однако ему это не удалось. Тогда Андроник, вместе с немногими приближенными, попытался бежать на Русь. Но страшная буря, захватившая его корабль в Черном море, помешала спасению. Посланная за ним погоня схватила императора и привезла к Царь-Град.

Андроника замучали, а затем всенародно казнили на ипподроме. Описание его мучений и казни поразительно напоминают евангельский рассказ о Страстях и распятии Христа [140], с. 356–358.

Тело Андроника было взято «некими людьми». Затем у Никиты Хониата следует странная фраза: «Они взяли оттуда труп Андроника и положили его в одном низменном месте… ЗДЕСЬ И ДОСЕЛЕ ЖЕЛАЮЩИЕ МОГУТ ВИДЕТЬ ЕГО; СОСТАВ ЕГО ЕЩЕ НЕ СОВСЕМ РАЗЛОЖИЛСЯ» [140], с. 360. Надо сказать, что труд «История» Никиты Хониата доведен до 1206 года. Поэтому слова о том, что «состав его еще не совсем разложился» на протяжении по крайней мере двух десятков лет, выглядят весьма странно. Здесь Хониат либо хотел что-то скрыть, либо поздний переписчик-редактор чего-то не понял.

Наш анализ «летописной биографии» Андроника будет опираться, в частности, на известную «Историю» Никиты Хониата. Забегая вперед, сразу скажем, что из обнаруженных нами фактов следует, что Хониат, по-видимому, переписывал или редактировал какой-то старый текст, близкий к Евангелиям. Может быть, не сами Евангелия, но некую книгу, рассказывавшую о евангельских событиях XII века.

Но прежде всего напомним читателю евангельский рассказ.

Сегодня основным источником сведений о евангельских событиях считаются четыре канонических Евангелия. Однако наряду с событийным костяком они много говорят собственно о христианском учении, перемежая события с притчами и поучениями. Кроме того, последовательность событий в разных Евангелиях иногда отличается. В качестве примера можно привести известную рассогласованность синоптиков, то есть Матфея, Марка, Луки, и евангелиста Иоанна относительно времени наступления иудейской Пасхи при распятии. Синодальный перевод евангелия от Иоанна говорит, что она наступила в субботу, а синоптики утверждают, что Христос ел пасху на Тайной Вечери уже в четверг. Конечно, эти сведения могут быть согласованы, но проблема – как это сделать – возникает. И сделать это, вообще говоря, можно по-разному, см. подробности далее.

В христианской литературе есть много книг, так или иначе описывающих евангельские события. Эти книги отнюдь не исчерпываются четырьмя каноническими Евангелиями. В частности, на Руси была известна книга под названием «Страсти Христовы», подробно описывающая последние дни (или месяцы) жизни Христа. Книга была широко известна и неоднократно переиздавалась в старообрядческих типографиях в XVIII–XX веках. Мы воспользовались переизданием 2001 года [127].

В книге «Страсти Христовы» евангельские события представлены в следующей последовательности.