Шрифт:
Ведомая состраданием, София заверила его, что охотно помогла бы девушке, но она мало что понимала во врачевании.
– Вы ведь гадалка, может быть, руны расскажут, как вылечить мою девочку… – предположил гоблин с отчаянием.
Молодая женщина не нашла сил отказать, хотя сильно сомневалась в успехе.
Окрыленный надеждой, несчастный отец бросился из дома. У крыльца его ожидал наемный экипаж, и гоблин устремился к нему, суетливо предлагая помощь Софии. От непрерывных излияний многоречивого спутника у молодой женщины разболелась голова, однако просить его немного помолчать было невежливо.
Небольшой домик гоблина был аккуратным и уютным, хотя и не отличался богатством. Госпоже Черновой он напомнил фонарь, светящийся изнутри теплым светом, хотя сейчас в доме чувствовалась удрученность.
Господин Варгуларс немедля провел Софию в комнату дочери, в волнении забыв даже предложить гостье чая.
Юная гоблинша оказалась очень миловидной и сейчас как никогда походила на молоденькую эльфийку с картинки в модном журнале. Известно, что в ранней юности гоблинши бывают очень хороши собой, но с возрастом теряют все свое очарование. Уже к тридцати годам черты красавиц этого народа необратимо грубеют, а смуглая оливковая кожа приобретает неприятный болотный оттенок. Но пока Ферлай была в самом расцвете юности, к тому же болезнь придала ее облику особую тонкость и одухотворенность.
У постели девушки, вопреки приличиям, сидел молодой человек, взиравший на нее с неприкрытым обожанием и отчаянием, по-видимому, безутешный влюбленный.
– Госпожа Чернова, позвольте вам представить мою дочь, Ферлай Варгуларс, и ее жениха, Рейлара Маутерса.
Юноша вскочил и учтиво поклонился, а девушка вымученно улыбнулась и слабым голосом сказала, что очень рада знакомству. Молодой гоблин был вызывающе хорош собой, одет весьма богато и по последней моде, эдакий задиристый молодой кот с бантом на шее, встретивший свою первую весну. Союз с юной Ферлай, отец которой был просто лавочником, считался для него мезальянсом, но во всей его фигуре, в нежном взгляде, в готовности услужить невесте читалось обожание.
Господин Маутерс явно был осведомлен о личности гостьи, а потому мгновенно поверил в счастливый исход.
Софии сделалось неловко от нескрываемой боли и надежды в глазах отца и жениха, поскольку она скептически оценивала свои лекарские умения. Но Ферлай умирала, а у ее отца не оставалось ни времени, ни средств, чтобы найти более знающих врачевателей и магов. Вероятно, деньги с радостью дал бы жених, но даже он не в силах заставить бедняжку дожить до того момента, когда придет помощь.
Присев возле больной, гадалка попросила принести стол, поскольку в комнате оказалось лишь небольшое трюмо, уставленное пузырьками с притираниями и лечебными настоями. Кроме того, требовалось больше света – свечи, масляная лампа, либо хотя бы тростниковые светильники [20] . Молодой гоблин немедля выразил готовность обеспечить гадалку всем требуемым и лично проследить за приготовлениями.
– Какие симптомы болезни? – поинтересовалась София, с искренним интересом и состраданием взирая на бледную девушку, похожую на надломленную розу.
20
Свечи, в особенности восковые, были очень дороги, поэтому их экономили. Дешевле были масляные лампы и жировые свечи, а почти бесплатны – тростниковые свечи. Сначала нужно собрать камыш с плотной сердцевиной, он растет по канавам во влажных местах; хорошо высушить, а потом пропитать жиром (обычно использовался растаявший жир, капающий с мяса на вертеле во время жарки – его собирали в подставленную посуду, хранили, применяли в хозяйстве по мере надобности). Затем этот своеобразный фитиль продевали в металлический держатель вроде трубки длиной сантиметров семьдесят. Такой камышины хватало примерно на час освещения, только приходилось постоянно подтягивать вверх выступающую из наконечника часть по мере сгорания (скажем, раз в 10 минут). Света такие свечи давали мало, копоти много. Не следует, однако, думать, будто зажиточные люди не были знакомы с таким «освещением для бедных». Даже в богатых особняках их могли использовать для слуг. Также применяли в тавернах и гостиницах.
На правах хозяина дома рассказывать принялся господин Варгуларс:
– На следующий день после помолвки Ферлай почувствовала такую сильную слабость, что не смогла встать с постели. Аптекарь не смог сказать, отчего моей девочке так плохо. У нее нет ни лихорадки, ни болей, но ее силы будто куда-то утекают.
Он часто заморгал и поспешно отвернулся.
София нахмурилась, остро осознавая свою беспомощность перед хворью. Тем временем в комнату доставили все необходимое, и она приступила к гаданию, решительно выбросив из головы все грустные мысли.
Первым делом госпожа Чернова задала вопрос о причинах странной болезни. Выпавшая перевернутая руна перт заставила ее глубоко погрузиться в размышления.
– Ответ следует искать в прошлом, вероятно, дело в каких-то необдуманных и не слишком удачных оккультных опытах, – задумчиво, еле слышно произнесла София, с новым интересом разглядывая девушку.
Гоблины, стоящие чуть поодаль, не расслышали этих тихих слов, а вот Ферлай вдруг залилась краской и потупилась.
– Господин Варгуларс, – обратилась София к взволнованному отцу, – скажите, применяли ли вы какие-то магические средства для лечения дочери?
– Господин аптекарь сказал, что он не сведущ в магии, – покачал головой тот, и София согласно кивнула.
Магические способности чаще всего даются людям, будто компенсируя тем самым их недолгий век.
– Только… Когда стало понятно, что… – он прерывисто вздохнул, – что надежды нет, я нарисовал беркану… – сознался гоблин, а потом воскликнул с отчаянием: – Ведь это добрая руна, госпожа Чернова! Она не могла причинить зла.
Ничего не ответив, молодая женщина покачала головой и продолжила гадание. Действительно, беркана исключительно благоприятная руна, которая придает сил и направляет организм больного к исцелению, так что дело было в чем-то другом. Следовало выяснить, не наложили ли на несчастную девочку проклятие – нид. Возможно, дело тут в ревности или зависти к ее счастью.