Подробный рассказ Рэя сопровождал гром фейерверка и то усиливающиеся, то слабеющие крики толпы, пение, смех. Несколько раз мимо проходили нарядные горожане, с любопытством поглядывая на трех сосредоточенных молодых людей, что-то серьезно обсуждающих, как будто их не касалось общее веселье.

Сагюнаро внимательно слушал, и на лице его появлялось выражение мрачного удовлетворения.

— Отлично, — заявил он в конце. — Вы все сделали правильно. Я бы поступил точно так же.

— Да уж, — буркнул Гризли, — поэтому Собуро посоветовал сваливать из города, пока мы не убили еще кого-нибудь.

— Мы собирались уехать и без советов Собуро, — тут же ощетинился Сагюнаро, который, как заметил Рэй, недолюбливал заклинателя из башни, хотя никогда не встречался с ним.

— Но он сказал то, с чем я согласен: мы не должны убивать людей, — солидно произнес Гризли.

— Не все люди могут называться людьми, — резко возразил друг. — Поэтому и система обучения заклинателей у нас порочная.

Похоже, его серьезно задели слова Собуро о том, что происходит с магами, не прошедшими последнее испытание. Хотя он и старался не показывать этого.

Он отвернулся, собираясь уйти в дом, а Гризли помялся и спросил нерешительно:

— Слушайте, сегодня праздник, а мы завтра уезжаем, может, сходим повеселимся напоследок?

Сагюнаро покачал головой:

— Что-то не хочется мне веселиться.

— А ты, Рэй?

— Не знаю. — Тот на мгновение представил шумную толпу, в которой придется оказаться, и совсем не ощутил желания окунуться в нее. — Нет.

— А я пойду, — решительно сообщил Гризли, и по его упрямому виду стало понятно, что отговорить его от этой затеи не получится. — Когда еще мы попадем в большой город? Там, наверное, катание на лодках устроят, воздушные качели…

— Не хватило приключений на сегодня? — улыбнулся Рэй, глядя на воодушевленную физиономию друга.

— Я не собираюсь теперь всю жизнь прятаться неизвестно от кого. Да ничего не случится, — уверенно сказал он, — деньги я оставлю вам, возьму только пару монет, в драки ввязываться не стану. Погуляю часок и вернусь.

— Ну давай, — отозвался Рэй. — Расскажешь потом, как там.

— Ага. — Повеселевший Гризли передал Сагюнаро кошелек, махнул рукой на прощанье и направился вниз по улице, бодро насвистывая.

В канрине было тихо, словно праздник не касался его обитателей. И только в обеденном зале рядом с букетом белых хризантем горел маленький огонек.

Душноватая комната пахла затхлой сыростью, Сагюнаро открыл окно, а Рэй сел на свой матрас и закатал рукав рубашки, рассматривая недавний порез — он уже затянулся, осталась лишь длинная красная полоса.

— От кого письмо? — спросил заклинатель друга.

Тот помолчал и отозвался нехотя:

— От отца.

— И что он пишет?

— Просит вернуться домой, раз уж ничего не получилось с карьерой заклинателя. — В последние слова Сагюнаро вложил всю возможную иронию, на которую был способен.

— А ты хочешь вернуться?

— Как ты представляешь мое возвращение? Таким? — Он развел руки, словно предлагая Рэю оцепить его внешний вид, но тот прекрасно понимал, что речь идет только о внутренней сути друга.

— Я не совсем понимаю, почему он так недоволен тобой. Ты же не мог отказаться от своего дара.

— Он разочарован, — ответил Сагюнаро, помолчав. — Думал, я вырасту и стану работать на семью, преумножая ее власть и благосостояние. Стану политиком, таким же, как он. Со временем займу его место. А у меня оказался дар, и я ушел. Нет, он бы не был против, если бы я, став заклинателем, начал активно поддерживать его интересы. Представь, как выгодно нашему роду заполучить настоящего мага.

Сагюнаро смотрел мимо Рэя, как будто представляя перед собой отца, с которым продолжал спорить.

— Но я не хочу этого. Ты же помнишь историю. Чем закончилось сотрудничество магов с правителями? Нас заставили сражаться друг с другом. Орден Югоры против ордена Варры, община Андо против Хагуры и так далее, до бесконечности. Сколько земель и городов было уничтожено, сколько людей погибло.

Он замолчал с досадой, машинально потирая левую ладонь, и снова продолжил:

— Меня обязательно втянули бы в политическую игру. Стали заставлять, шантажировать, уговаривать использовать свой дар в пользу семьи, против ее так называемых противников. И вряд ли бы я смог не согласиться. Так что мне проще отказаться от родных, чем беспрекословно выполнять приказы отца.

Рэй вспомнил их разговор у реки по дороге в провинцию Хакати.

— Ты говорил, твой отец хотел бы, чтобы заклинателей не существовало…

— Думаю, он мечтает разрушить систему ордена для того, чтобы все маги вновь, как и прежде, были вынуждены искать покровителей. И мне, так же как и им, пришлось бы делать это. И я вернулся в семью. Так что больше всего сейчас я хочу попасть в Агосиму.

— Ну, думаю, это выполнимо, — сказал Рэй, укладываясь на свой матрас. — Надеюсь, ты не пожалеешь потом о своем решении.