Относительно его личности у Квинси было три предположения.

Первое: Мина для отвода глаз наняла «пожилого джентльмена».

Второе: неизвестный работал на Скотленд-Ярд. Возможно, полиция хотела подробнее расспросить Квинси о несчастье, приключившемся со Стокером. Его могли разыскивать и по другой причине: случилась беда с Миной. В глубине души он по-прежнему любил мать, хотя доверять ей не мог. Его подмывало отправить в Эксетер телеграмму, справиться о ее здоровье — и поскорее вернуться, на квартиру, пока не пришел ответ. Только страх перед третьей возможностью удерживал его от действий.

Из романа Стокера явствовало, что в трансильванском замке демон предстал перед Харкером-старшим высоким стариком. Несмотря на то, что в действительности все могло быть по-другому, рисковать Квинси не желал.

От усталости он плохо соображал. Не проводить же ночь на улице! Басараб сейчас отдыхает в отеле. Мудрее этого человека Квинси не знал. И еще, ведь они друзья. Наставник не откажет в помощи… Однако подвергать его жизнь такой опасности нельзя. Юноша перевел взгляд на темные окна отцовской конторы. Там ему делать нечего. Осталось лишь одно безопасное место.

Квинси развернулся и зашагал в сторону паба «Муни и сын», куда часто наведывался отец. Там можно смешаться с толпой, стать совершенно незаметным. Если старик подослан матерью или полицией, то по пивным его искать не станут. Если же сбудутся его худшие страхи, и незнакомец на самом деле окажется Дракулой, то в людном месте ему ничто не угрожает. Вампир будет держаться в тени. Для него нет ничего хуже, чем разоблачить себя.

Вечерняя мгла сгущалась. Поблизости ждали тепло, отдых и сытная еда. Вдруг юношу посетила неприятная мысль: если такая мелочь, как эта записка, едва не довела его до паники, то как он может надеяться на победу над бессмертным демоном?

Из тумана вынырнула рука, схватила Квинси за воротник и потащила во тьму переулка.

Меня нашел демон!

Отец умирал долго. С ним Дракула не будет милосердней. Его ждет мучительная смерть. Юноша молился, чтобы ему хватило сил принять ее.

В клубах тумана проступил силуэт мужчины с тростью. Не успел Квинси опомниться и закричать, как воздух рассекла сверкающая сталь, и в горло ему уперлось острие клинка.

— Тебе известно, кто я такой? — спросил с акцентом незнакомый голос.

Мужчина выступил из темноты, давая себя рассмотреть. Квинси почувствовал облегчение… и страх. Незнакомец оказался дряхлым стариком. На лоб падали белоснежные вьющиеся волосы. Добротно пошитая одежда висела на костлявой фигуре, как бесформенный мешок. В глазах незнакомца читалась непоколебимая решимость, даже толика безумия. Этот старик был не менее опасен, чем Дракула.

— Думаю, ван Хелсинг.

— Если ты слышал мое имя, то знаешь, на что я способен, — сказал профессор. — Прекрати разыскивать убийц твоего отца.

После холодного приема, который оказал ему Холмвуд, Квинси не должно было удивить, что еще один из героев пытается отговорить его от планов мести. Но вот встретить пожилого профессора ночью, на улице, да еще в Лондоне, он никак не ожидал. Заподозрить в таинственном старике ван Хелсинга ему и в голову не приходило — такова была сила страха. Скорее всего профессор устал дожидаться его у дома и отправился на поиски. Квинси оттолкнул клинок в сторону.

Молниеносным движением ван Хелсинг вернул острие на место, заставив юношу вжаться в стену. Безысходная ярость, исказившая его лицо, ясно говорила: с таким человеком лучше не пререкаться. Чтобы подчеркнуть свои слова, старик крутанул лезвие, царапнув кожу. По шее Квинси потекла струйка крови.

— Вместо ответов ты найдешь лишь мрак.

— Да что за тайны вы все от меня так упорно прячете?! — воскликнул Квинси, надеясь, что старик не заметит дрожи в его голосе.

В глазах ван Хелсинга вспыхнул безумный огонек. У юноши перехватило дыхание; он уже не знал, уйдет ли из этого переулка живым. Однако лицо старика смягчилось. Взгляд его остался суровым, но все же теперь он больше походил на любящего дедушку, чем на сумасшедшего убийцу.

— Большинство из нас идет по жизни, не колеблясь в своей вере, — серьезным тоном произнес ван Хелсинг — точно профессор, зачитывающий последнюю лекцию студенту, в будущее которого не верит. — Другим везет меньше: однажды наступает минута, когда их вера подвергается испытанию. Тогда нужно делать выбор между светом и тьмой. Не всем достает силы и мудрости, чтобы выбрать правильно.

Ван Хелсинг отпустил Квинси и задвинул клинок обратно в трость.

— Возвращайся в Сорбонну, — бросил он. — Ради своей матери живи в блаженном забвении и оставайся одним из детей Господних.

Урок был закончен. Старик отступил в туман, развернулся и заковылял прочь, не оглядываясь.

Квинси кипел от злости. Дело ясное — мать подослала ван Хелсинга, чтобы тот внушил ее сыну, как он беззащитен и слаб. Но он ей еще покажет.