Из моих друзей почти никто не знает, что я имею отношение к порно. Из родственников знают только родной брат и жена.

Не распространяюсь я из разных соображений.

Занятие специфическое, и кричать о нем на каждом углу по меньшей мере глупо. Чем тише ты себя ведешь, чем меньше заметен, тем спокойнее.

Стоит кому-то узнать, как тут же неестественно загораются глаза и люди начинают меня попросту заебывать.

Некоторые почему-то считают, что я непременно должен привести их на площадку, показать всю подноготную, позволить трахнуть артистку на халяву и подарить всю свою продукцию с дарственной надписью.

«На долгую память, дрочите на здоровье» — так, что ли? Или — «Хорошей дрочки на долгие годы»?

А сколько вопросов сразу возникает. Создается впечатление, что все только и думают о вопросах порнографии.

Самые раздражающие вопросы — не о самих съемках, а о тенденциях и трендах, настоящих и будущих. Я понимаю, когда об этом меня спрашивают журналисты, но неужели это может всерьез интересовать рядового гражданина? Какая вам разница, что модно в этом году? Вы не хотите прослыть старомодным и дрочите только на то, что в тренде?

Да и вообще со временем все более скрытным становлюсь.

Бывает иногда занятно послушать в той или иной компании разговоры о порнухе. То дискуссия начнется какая-нибудь, и каждый с пеной у рта доказывает свою правоту, то кто-то авторитетно высказывает свое экспертное мнение. Смех, да и только

Пожалуй, одна из самых необычных и интересных съемок была в воинской части. В самой настоящей действующей воинской части.

Это был эксклюзив. Широкий зритель этот продукт не видел, и вряд ли увидит когда, ибо то кино один бесившийся жиру буржуй подарил своему такому же зажравшемуся другу, полковнику российской армии в отставке, а ныне обосновавшемуся в странах Бенилюкса предпринимателю. И цена заказа была на порядок выше.

Пожелания заказчика были таковы: реквизиты — полностью идентичные, актеры — не деревянные, чтоб могли изобразить настоящих военных; никакой педерастии, но лесбиянки — обязательно, также желательна сцена секса на взлетке. И еще — крупным планом эякуляция на форму, дескать, другу точно понравится эта ирония.

Странный какой фетиш, думаю, а кончить на флаг ему не надо?

После недолгих раздумий было решено, что задача вполне по силам.

Главная загвоздка была в интерьере. В студии изобразить казарму было нереально. Мелькнула мысль использовать еще раз школьный спортзал, но она сразу была отброшена, — даже если б и удалось найти такое огромное количество реквизитов, привезти его без палева и снять в короткие сроки, а потом заретушировать всякие нюансы, старый озабоченный вояка все равно заметил бы фальш.

Нужно было проникнуть в настоящую часть.

У Руслана миллион знакомых в самых разных сферах, среди которых был и заместитель командира небольшой и забытой богом части в Воронежской области. Познакомились они на свадьбе каких-то очень дальних родственников, моментально сдружились и потом неоднократно тусили по баням, охотничьим угодьям и другим местам, где отдыхают армейские начальники. И даже в той самой части Руслану довелось побывать.

Звонит этому подполу, — как оно, мол, давно не виделись, жди меня в гости, топи баню, скоро еду к тебе с двумя телками.

Сразу приятные сюрпризы, — оказывается, чел теперь полковник и командир части, а сама часть вообще сейчас пустует — все солдаты на полигоне, пол-лета уже живут в палатках.

Короче, берет Руслан двух красоток и стартует в Воронежскую губернию. Там они с военным пьют водку, едят шашлыки, парятся в бане, стреляют из калашей и трахают веселых студенток, берущих от жизни все. Через два дня звонит — приезжайте, я договорился. Привезите только еще грамм кокса — военный на старость лет попробовать захотел.

Приезжаем, и с ходу вливаемся в их куражи. Я немного не подрассчитал силы, напился и отрубился, а на следующий день узнаю новость — подполковник отведал коксу и перетрахал всех артисток. Хорошо хоть актеров не тронул.

Часть и впрямь оказалась пустой. Только на КПП дежурный прапорщик, в штабе пара человек и в санчасти дежурный фельдшер да пара симулянтов.

Только, просит подпол, чтоб нигде название части в кадр не попало. И шумите поменьше.

Нахлынули на меня воспоминания, как приятные, так и не очень. Антоха вообще чуть слезу не пустил, — все в точности как у нас было, говорит.