– Как хорошо, что я встретила тебя! – воскликнула Памела, сияя обворожительной белозубой улыбкой. – Спасибо за совет, который ты дал мне на прошлой неделе. Заказчик извинялся передо мной как мог.

Эдвард кивнул.

– Я не сомневался в этом. Ты талантливый архитектор и сделала все правильно.

– Спасибо за поддержку. – Наконец Памела соизволила обратить внимание на Джину.

– Памела, это Джина, – спохватился Эдвард, представляя женщин друг другу.

Красавица рассеянно кивнула и, словно тут же забыв о присутствии Джины, продолжила разговор с Эдвардом.

– Как там Кэролайн?

– Уже выздоровела.

– Я рада. Эти вирусы иногда поражают очень неожиданно. Тебе, наверное, пришлось поволноваться.

– Да, я ужасно испугался вначале. Заезжай проведать ее как-нибудь...

– Заеду, если будет время. Ты же знаешь, как я занята. Ну, мне пора. Приятно было встретить тебя именно здесь – это место навевает приятные воспоминания, – интимно промурлыкала Памела и, равнодушно улыбнувшись Джине, удалилась.

– О чем это она? – заинтригованно спросила Джина.

– Мы иногда заходили сюда после работы.

Джина смотрела на Эдварда и ощущала тупую боль в области сердца. Она вспомнила, как он сказал ей в Майами, что нельзя приказать себе не любить кого-то, даже если ты не можешь вернуться к этому человеку.

Она отвернулась к окну и стала готовиться к тому, что ей предстояло сделать.

– Но мы с тобой пришли сюда не для того, чтобы говорить о моей бывшей жене, – продолжал Эдвард. – Я сегодня сделал для тебя ключ от входной двери. – Он вынул из кармана ключ и протянул Джине.

Она повернулась к нему, ее глаза застилали слезы.

– Я не могу переехать к тебе, Эдвард.

– Почему? У тебя сомнения насчет Кэролайн? Но я не собираюсь перекладывать на тебя заботу о ней.

– Я знаю. В любом случае, я с радостью заботилась бы о ней. Дело не в Кэролайн.

– А в чем тогда?

Эдвард напряженно смотрел ей в глаза, и Джина не выдержала, опустила голову.

– Мне кажется, мы оба увлеклись нашей игрой и поверили, что все это всерьез. Я помню, ты говорил, что если мы начнем встречаться, то может появиться и любовь. А если не появится? Это означает, что мы опять пускаемся в какое-то рискованное предприятие. А я тем временем начинаю привязываться к малышке. Я люблю ее, Эдвард, и мне будет очень тяжело уйти от нее.

– А ты не уходи.

– Я не могу, – прошептала Джина дрожащим голосом. – Любовь к Кэролайн – это еще не все. Чем дольше я буду находиться в твоем доме, тем сильнее буду привязываться к вам. А потом ты вдруг скажешь: «Прости, Джина, но у нас с тобой ничего не получается». Для меня это будет огромной душевной травмой, потому что я должна буду расстаться с ребенком, к которому уже отношусь, как к родному.

Эдвард опешил.

– Почему ты решила, что я скажу это?

– Не знаю... Может, ты встретишь настоящую любовь или Памела захочет вернуться к тебе. В один прекрасный день она вдруг поймет, что потеряла, и вы снова сойдетесь с ней.

Эдвард хмыкнул.

– У тебя слишком богатое воображение.

– Не думаю. Дело в том, что мы... не любим друг друга, поэтому наши отношения не могут быть прочными.

– Короче, что ты решила? Еще раз попытать счастья с Энтони Вильямсом?

– Я не знаю, что я буду делать, – Джина встала. – Но мне ясно, что у нас с тобой ничего не получится. Извини, мне надо идти.

– Не уходи, Джина! – взмолился Эдвард.

Она замотала головой и, ничего не видя перед собой из-за застилавших глаза слез, бросилась к выходу.

Джина решила пройтись немного, прежде чем остановить такси. Я правильно поступила, твердила она, вытирая слезы.

Но почему тогда мне так плохо?

Решение съездить к матери возникло у Джины ночью, когда она ворочалась с боку на бок, не в состоянии уснуть. Ей захотелось уехать из Атланты на какое-то время – подальше от Эдварда и связанных с ним проблем.

Утром она позвонила матери и сообщила, что приедет на несколько дней. Заказав по телефону билет на ближайший рейс в Солт-Лейк-Сити, Джина почти не глядя покидала вещи в дорожную сумку и вышла из квартиры.

Таксист, как назло, попался медлительный, и она постоянно подгоняла его, боясь опоздать на самолет.

Когда они проезжали торговый центр, Джина вспомнила о кольце, которое отдала переделать ювелиру. Сегодня она как раз должна была забрать его. Джина подумала, что оно ей уже не нужно – лишнее напоминание об Эдварде, но неожиданно для себя попросила:

– Вы не остановитесь на минутку у этого магазина?

Таксист недовольно пробурчал, что-то вроде, мол, подгоняла все время, а теперь ей, видите ли, приспичило остановиться, но все же затормозил.