Она решила проигнорировать это замечание, как и вызванные им неприятные воспоминания.

— Потому что ты самонадеянный, самодовольный тип и...

— Но твой отец, кажется, считает, что я мог бы подойти тебе.

— Ну что ж... в таком случае мой отец не слишком хорошо соображает, когда дело касается тебя.

Он покосился на нее.

— Интересное замечание. Не объяснишь ли поподробнее?

— Пожалуйста. Во-первых, мне не понравилось, как папа только что подписал документ, даже не потрудившись прочитать его, — быстро сказала она.— Это верный путь к катастрофе.

— Твой отец знал содержание документа, — спокойно ответил Дон.

— Если даже и так, то он все равно должен был прочитать его еще раз,— стояла на своем Аврора.

— А может быть, Уилфред просто доверяет мне?— Дон вопросительно приподнял бровь.— Чего нельзя сказать о его дочери.

Аврора из осторожности решила обойти этот вопрос стороной. Прежде чем обвинять его в открытую, нужно сперва увериться в своих подозрениях. Вместо этого она продолжила:

— Я ничего не хочу сказать о тебе лично, Дон, но, будучи финансовым советником, неоднократно встречала людей, разорившихся из-за того, что они подписывали документы, которые либо не читали, либо не понимали.

— Однако Уилфреда никак нельзя назвать невежественным или глупым человеком.

Он что, ищет себе оправдания? — подумала в этот момент Аврора. Хочет сказать, что всеми своими неудачами в делах Уилфред обязан только себе?

— Люди, о которых я упоминала, тоже не были ни глупыми, ни невежественными,— сердито возразила она. — Просто излишне доверчивыми.

— Что ж, об Уилфреде тебе беспокоиться не стоит,— безапелляционно заявил Дон.— Ведь он муж моей сестры, неужели ты думаешь, что я собираюсь содрать с него шкуру?

— Мне кажется, человеческая алчность не признает семейных связей... особенно столь тонких, как связь через замужество сестры.

На мгновение на его худощавом, красивом лице появилось предостерегающее выражение, и у Авроры возникло неприятное ощущение, что она зашла слишком далеко.

— Если ты намекаешь на то...

— Ни на что я не намекаю,— торопливо оборвала она его, но от прозвучавшей в голосе Дона неясной угрозы по ее спине пробежали мурашки. Лаудри был не таким человеком, которому в лицо можно было бросать ничем не подтвержденные обвинения — сейчас она понимала это особенно ясно. Она должна вести себя с ним крайне осторожно. — Меня беспокоит только то, что моему отцу начало изменять былое деловое чутье, Кит сказал, что в последнее время он наделал много ошибок.

— Боюсь, что там, где дело касается помощи отцу, от Кита немного толка,— возразил Дон.

— Что ты сказал? — возмущенно спросила она. Как он смеет говорить такое о ее брате.

— Что слышала.— Дона ничуть не обеспокоило появившееся на ее лице негодующее выражение.— Как твое запястье?— продолжил он как ни в чем ни бывало.— Лучше?

— Нет, мне не лучше.— Она намеренно сделала вид, что не понимает, о чем он говорит.— По правде говоря, меня крайне огорчает то, что ты так говоришь о моем брате.

— Я говорю то, что думаю.— Он пододвинул к ней кухонный табурет так резко, что она даже отпрыгнула от неожиданности. — И если это тебя так огорчает, то лучше сядь и попереживай за брата, пока я уберу за тебя весь этот мусор.— Он взглянул на разбросанные по полу осколки сахарницы. — Я не рискну доверить это тебе, а то можешь остаться совсем без руки.

— Страшно остроумно! — с трудом выдавила она и, не садясь, принялась наблюдать за его действиями, чувствуя себя совершенно беспомощной. Что-то в Доне действовало ей на нервы; в его присутствии она ощущала неуверенность в себе, никогда не знала, как с ним говорить.

Работа у него спорилась, подметя сахар, он тщательно собрал и завернул осколки сахарницы перед тем, как выбросить их в мусорную корзину.

Ее глаза остановились на столе, на котором лежала та самая оранжевая папка, которую он принес с собой. Ее отец наверняка уже подписал то, что хотел Дон. Почему же тогда он не уехал, а торчит здесь, в кухне? Аврора раздраженно скривилась. Конечно, у него должен быть какой-то скрытый мотив. Такой человек, как Дон Лаудри, ничего не станет делать просто так.

— Ты закончил свои дела с отцом? — бодро спросила она.

— На сегодня да.— Он повернулся, поймал обеспокоенный взгляд изумрудных глаз и тяжело вздохнул. — Послушай, то что я сказал насчет Кита...— Его губы скривились в ироничной усмешке. — В этом не было ничего личного. Собственно говоря, Кит мне даже нравится. Просто, мне кажется, что, когда дела касаются Уилфреда и его бизнеса, твоего брата нужно решительно ставить на место.

— А мне кажется, что это не твое дело! — возразила она с яростью. Аврора знала, что Кит поссорился с отцом из-за Дона, и подозревала, что тот сознательно разжег страсти, чтобы использовать настроение Уилфреда в свою пользу.