В подтверждение сказанному в читальном зале сидело пять человек: одна бабка читала библиотечную книгу, две женщины, как мне показалось, готовились к лекциям и два парня пригожего для меня возраста листали подшивки газет, что намеревалась сделать и я. Легко догадаться, к кому я подсела, но эти старания не увенчались успехом: пока мне принесли подшивку «Новороссийск вечерний», где велась интересующая меня рубрика «Криминальная хроника», парни ушли. Подшивки было две, одна за первый квартал текущего года, который еще не закончился, а другая — за последний квартал предыдущего года.

Не волнуйтесь, у меня хватило ума просматривать газеты от конца к началу. Наша «вечерка» выходит, как и полагается, ежедневно, но криминальная хроника публикуется только по понедельникам и четвергам, видимо, чтобы не омрачать гражданам выходные дни. Рубрика занимала в газете постоянное место: нижний правый угол третьей полосы.

Я, конечно, не была заядлым читателем газет, и все уточнения, о которых сейчас сообщила вам, должна была заметить во время просмотра. А когда заметила, мой поиск пошел быстрее.

Заканчивая работу с подшивкой за текущий год, я сделала еще одно открытие: все происшествия печатались под рубрикой «Внимание!». Если же ко времени выхода очередного номера газеты в рубрике «Криминальная хроника» не набиралось материалов о происшествиях, то тут печатались статьи, имеющие отношение к криминалистике. Их я, конечно, не смотрела, и теперь просматривать подшивки стало совсем легко. С четвертым кварталом предыдущего года я справилась за четверть часа.

Но ничего из того, что могло бы объяснить странное поведение Артемки Звонарева, я не нашла и, признаюсь, приуныла. Я посмотрела на свои почерневшие от пыли и полиграфической краски пальцы, заподозрила, что почти такое же у меня делается и под носом, и отправилась в туалет приводить себя в порядок. Не ехать же через весь город испачканной газетной мкулатурой! Вымыв руки и протерев влажной салфеткой лицо, я взбодрилась не только настроениями, но и намерениями. В самом деле, почему бы мне не задержаться в чистом, светлом, просторном зале, живописно устроившись за столиком у окна и не просмотреть еще одну подшивку, за июль-сентябрь прошлого года? Как людей портят легкие победы! «Набор маньяка», как я про себя назвала сверток, принесенный Алешкой, свалился мне в руки как манна небесная. С Сухаревым случились свои чудеса, избавившие его не только от обвинений, но и от острого горя. Я не сомневалась, что Алина Ньютоновна сумеет подготовить его к случившемуся и поможет смягчить удар. Однако так не может продолжаться долго, полоса удач — это вам не лист Мёбиуса. Может быть, как раз сейчас она для меня и закончилась.

Девушка, обслуживающая посетителей читального зала, зверем посмотрела на меня, когда я попросила еще одну подшивку, так горько ей мечталось идти в хранилище и таскать туда-сюда громоздкие и тяжелые стопки бумаги, да еще пыльные.

— Вы еще что-то будете заказывать? — спросила она, и я поспешила заверить ее, что нет.

И тут же выругала себя. Какого черта? Покупатели, которых магазине, похоже, раз в сто больше, чем тут читателей, безжалостно вынимают из меня душу шесть дней в неделю, и я терплю. А как мне один раз пришлось, так я разделикатничалась. Теперь придется еще и завтра переться сюда, если этот заход не даст результата. В любом случае просмотреть прошлый год надо полностью, к чему я, гася внутреннее нетерпение, уже приготовилась. И оказалось, напрасно старалась, потому что вторая газета за сентябрь сразу же дала мне то, что я искала. Заметка была очень короткой: «Как сообщили нашему корреспонденту в уголовном розыске Главного управления МВД Новороссийской области, утром 12 сентября жители микрорайона «Сокол» областного центра были шокированы страшной находкой. В кустах за площадкой, приспособленной местными жителями под выгул собак, был обнаружен труп Жени Пиленко, ученика седьмого класса СШ №112. По заключению судмедэкспертов мальчик был изнасилован и умерщвлен изуверским способом, о чем свидетельствует характер повреждений на теле. С уверенностью можно сказать, что подросток стал жертвой сексуального маньяка. Кому что-либо известно о подозрительных контактах Жени Пиленко с лицами мужского пола, просим позвонить по указанным ниже телефонам…».

Я выписала эти номера телефонов, фамилию пострадавшего, номер школы, в которой он учился и номер газеты, где помещена заметка, и с легким сердцем покинула читалку. Как говорится, начал идти — одолел полпути.

К моим трем пунктам, которыми я собиралась похвастаться перед Ясеневой, добавился четвертый, как казалось, имевший прямую логическую связь с Артемкой.

Домой я не шла, а летела. Замечать особенности опускающегося вечера, людей, медленнее прохаживающихся, чем в будние дни, парочки уродов, усевшихся на спинки скамеек и грязнящих обувью сидения, и другие материи мне было некогда. Знаете, над чем я трудилась, незримо постороннему оку? Отгоняла от себя события субботы и воскресенья, чтобы маленько остыть и завтра, как я надеялась, вместе с Ясеневой посмотреть на них свежим глазом, со стороны. Но мысль же не остановишь. Значит, надо было переключаться на другие предметы, тем более что у молодой девушки (нет, вот штампы выдаю, да? — как будто девушки еще и старые бывают) они всегда под рукой. Да, Алешка. А что тут неестественного? Я думала о том, что раз меня, закаленного жизнью человека, чуть не подкосило головокружение от успехов, то Алешку подпускать к успехам тем более опасно, загнется парень, а я, как следствие, потеряю его и лишь оближусь.

С горечью я поняла, что схема отношений Ясеневой и ее гениального засранца (уж простите, ради бога, не нахожу других слов) хоть как бы она мне ни нравилась, как бы ни волновала меня, как бы я ни хотела ее повторения в собственной судьбе, для Алешки неприемлема. Там же перспективы — никакой! Хуже того, пусть бы наш звездный мальчик только попробовал намекнуть Дарье Петровне о той перспективе, к которой я стремлюсь в отношении Алешки, как он тут же был бы ею осмеян и изгнан из рая души. За то, что посягнул на святое! Значит, мне надо выбирать схему без надрыва, спокойную, предполагающую развитие во времени, с нормальным хэппи-эндом. Не зря я люблю читать книги с конца, без счастливого завершения — это же не жизнь! Впрочем, не буду утверждать, что я все в Ясеневой понимаю.

А еще я вспомнила ту дурацкую девицу, что приносила мне подшивки газет. Нет, ну не дура ли? Ладно, пусть она срывается на меня, на пятого-десятого посетителя и портит нам нервы. Но ведь должна же помнить со школы третий Закон Ньютона (о, Алина, привет, приятно встретиться невзначай!) о действии и противодействии. Равны они по силе, го-лу-ба моя! Давай, дерзи и дерзай дальше, а я как раз наоборот буду делать — беречь себя. Я и до этого на покупателей реагировала спокойно, но был грех — иногда в душе злилась. А теперь, вспомнив основы физики и умножив силу взаимодействия на количество покупателей, приходящихся на душу продавца, ни-ни. Зачем мне такие нагрузки?

Но отогнанные мысли о проведенном расследовании, не осмеливаясь надоедать мне, прислали двух гонцов — две маленькие мыслишки о двух звонках: один Ясеневой с приглашением увидеться (при таком оправдательном материале, какой был у меня, я думаю, она не осерчает за назойливость), а другой Алешке, должен же он хоть на ночь прибиться домой. Я чувствовала, что не усну, не узнав в какой школе учится его шустрячок.

И тут меня затрясло на ухабистой дороге, то есть понесло по долинам (неудачам) и по взгорьям (удачам). Сначала облом вышел с Алешкой. Он, видимо, был очень уставшим, потому что не удивился ни моему позднему звонку, ни вопросу.