Ему явно понравился такой ответ. Ему, но не Рей.

— Ты мог бы сделать много хорошего для жителей этого городка, — не сдавалась она. — Там давно нужен новый человек со свежим подходом к работе.

— Много хорошего я могу сделать и в американской клинике.

— Еще один исландец собирается покинуть родной остров. Вот уж не думала, что и ты относишься к той категории людей, для которых дом находится там, где им удобнее жить.

— Рей! Не забывай, что Мартин сделал для Финли, — попытался урезонить ее Ламберт.

— Чувство благодарности не может помешать мне говорить то, что я думаю.

— Человек ищет новые для себя возможности. В этом нет ничего дурного, — примирительно заметил Ламберт. — Дебора вернется в Бельгию, Мартин уедет в Америку. Что им обоим здесь делать?

В ответ Рей лишь недовольно покачала головой и, не говоря ни слова, принялась разливать чай. Воспользовавшись ее молчанием, Ламберт начал рассказывать смешные и в то же время поучительные истории о смотрителях маяков. В другое время Дебора слушала бы с раскрытым ртом, но сейчас его многословие ее только раздражало. Почему он так радуется тому, что они с Мартином разъедутся в разные стороны? Ладно, пусть Ламберту не нужна внучка, напоминающая о грехах молодости, но какое ему дело до их отношений с Мартином?

После обеда Дебора настояла на том, чтобы ей разрешили вымыть посуду, и, поблагодарив, собралась уходить.

— Я провожу тебя, — предложил Мартин, но она отказалась, сославшись на то, что ей надо зайти за яблочным пирогом к Эстел, сестре Камиллы. Дебора вовсе не собиралась там задерживаться, но сама мысль остаться наедине с Мартином казалась ей невыносимой.

«Когда мы полюбим друг друга!» Нет, дорогой, со мной не случится того, что случилось с бабушкой Мэри. Мартин, наверное, охотно повторил бы амурный подвиг Ламберта, но с ней ему это не удастся. Две чересчур доверчивые женщины в одной семье — это слишком много.

— Тогда встретимся завтра? — с невозмутимым видом предложил Мартин.

— Возможно, — небрежно бросила Дебора.

— Деб, дорогая! Ты обещала помочь мне испечь малиновый пирог. Что, если мы займемся этим завтра утром? — предложила Рей.

Во время вечеринки под влиянием крепкого пива Дебора действительно напросилась в помощницы.

— Хорошо, я приду, — сожалея о своем обещании, согласилась она.

Выходя из дома Норманов, Дебора с горьким сожалением плотно закрыла за собой тяжелую дверь. У Эстел она пробыла ровно столько, сколько этого требовали правила приличия. Потом она долго сидела на крутом утесе за домом Камиллы, наблюдая за суматошными чайками и прислушиваясь к убаюкивающему шепоту волн.

Никогда еще в жизни Дебора не ощущала себя такой жалкой и растерянной. Впрочем, ничего удивительного. И как только она могла бросить работу, потратить все свои сбережения и помчаться сломя голову на край света ради того, чтобы увидеть совершенно чужого человека, который, кажется, приходится ей дедом. Конечно, она и раньше время от времени совершала экстравагантные поступки и вела отнюдь не однообразный образ жизни. Объездила и прошла пешком всю Европу. Выучила пять языков. Встречалась с интересными мужчинами. Многие женщины могли бы ей позавидовать. На самом же деле завидовать было нечему, потому что ни один из этих мужчин не тронул по-настоящему ее сердце. Мартин был первым, кому удалось это сделать.

Побродив по холмам, Дебора вернулась в дом Камиллы и рано улеглась спать. Но выспаться не удалось. Всю ночь ей снились сны, эротические и тревожные одновременно. Проснулась она с головной болью, и сама мысль о том, что надо идти к Рей и помогать ей печь малиновый пирог казалась невыносимой.

У дома она увидела Ламберта, который бензиновой пилой обрезал ветки деревьев, мешавшие проходу. Мало того, что пила отвратительно визжала, настроение портил еще и злой вид Ламберта, который не пытался изобразить хотя бы видимое дружелюбие. Дебора хотела было помахать ему рукой в знак приветствия, но рука замерла на полдороге.

Какой же ты недобрый человек, Ламберт, подумала она, молча проходя мимо. Свернув с тропинки, Дебора дошла до заросшей мягкой травой лужайки и опустилась на землю. Идти к Рей было еще рано, а мысль о том, что в этом доме ей придется общаться еще и с его хозяином, казалась невыносимой. Лежа на спине, она рассеянно смотрела на бегущие по небу белые облака и сама не заметила, как ее сморил сон.

Проснулась она от ощущения, что кто-то лижет ее мокрым холодным языком. Открыв глаза, Дебора увидела прямо перед собой огромное ужасное лицо с одним глазом и кошмарной ухмылкой. В ужасе она отпрянула, потом вскочила и, не разбирая дороги, бросилась бежать.

Всхлипывая от охватившего ее страха, она взлетела на какой-то холм и остановилась, чтобы посмотреть, не преследует ли ее чудовище. Услышав чьи-то тяжелые шаги, Дебора снова попыталась обратиться в бегство, но вконец обессиленная рухнула на траву.

— Деб! Подожди! — раздался знакомый голос.

Оглянувшись, она увидела бегущего Мартина. С трудом передвигаясь вверх по холму и припадая на одну ногу, он быстро приближался. Когда он подбежал к ней, Дебора с трудом поднялась с земли и бросилась ему навстречу.