Я попыталась было поговорить об этом с Джоэлом, но он был занят своей работой и слушал меня очень отвлеченно, явно думая о своем. Он только посоветовал мне никому не рассказывать о своих расплывчатых подозрениях. Я в ответ напомнила, что его мать обещала мне, что поможет вытащить из Пиони признание. Джоэл сказал, что Лита сейчас занята, и устранился от дальнейшего обсуждения.

Только оставаясь наедине с Элис, я испытывала радость. И та была на вкус горьковатой. Я чувствовала, что нравлюсь ей, что она все сильнее ко мне проникается, но главной для нее все равно оставалась Пиони и то, как с ней обращался Фарли. Все так, как и должно быть — Элис в это верила.

Фарли с Пиони не позволяли Элис выходить со мной из дома, но я все равно выкраивала моменты и проводила с ней время. Как-то мы смотрели по телевизору фильм, и я узнала, что Элис нравится Клинт Иствуд. Иногда мы брали у дяди Тима книжки и читали друг другу. Тим учил Элис играть в шахматы, а я с удовольствием за ними наблюдала.

Элис так до сих пор и не знала, кто такой Кирк. Похоже, ей не собирались об этом рассказывать, а я колебалась, ожидая подходящего момента.

За это время я получила письмо от родителей, но так и не смогла ответить на их вопросы. Я даже не знала, в чем состоит правда, которую можно было бы им рассказать.

Текущее затишье могло длиться долго, до самого выздоровления миссис Ариес, и это начинало действовать мне на нервы. Или она выздоровеет и сделает все, как собирается, или ее болезнь будет тянуться и тянуться, и может даже закончиться смертью. Я не хотела получить Элис автоматически. Я хотела доказать, что она моя дочь, и хотела увидеть поимку ее похитителей.

Однажды после обеда я сидела одна на скамье в нижнем саду, и передо мной внезапно появился Кирк. Я настолько потерялась в своих невеселых мыслях, что его появление меня испугало.

— Тебе надо уехать, — резко произнес он. — Ты выглядишь все хуже, Дженни. Ты похудела, верно?

Я давно не взвешивалась. И давно не смотрела в зеркало.

— Мне все равно, — ответила я.

— Это неправильно. С тем, что тебе не все равно, ты ничего не можешь поделать. Сейчас, во всяком случае. Так что ты занимаешься самоедством, и в этом нет ничего хорошего. Тебе нужно чем-то заняться.

— Не в моей власти что-то изменить. Ты сам только что сказал. А чем занимаешься ты??

— Части картинки, наконец, начинают вставать на место. И я знаю, что сделаю, когда буду во всем уверен.

Мне не понравилось, как это прозвучало. Эдвард Ариес — в общем-то приятный молодой человек, хоть и без определенной цели в жизни — где-то по пути к взрослению превратился в мужчину, который думал только о мести. В мужчину, от которого мне лучше держаться подальше.

— Ты поужинаешь со мной в городе сегодня вечером? — еще более резко спросил он.

Меня смутила собственная реакция — я внезапно воспряла духом.

— Я была бы рада, — ответила я и отринула остатки здравого смысла.

— Прекрасно. Тогда надень что-нибудь взамен этих джинсов и скажи Грейс, что сегодня ужинаешь вне дома. Я буду ждать тебя здесь через час, если ты не против. Для ужина еще рано, но я хочу кое-куда заехать до того, как все закроется.

На этот раз он хоть поинтересовался моим мнением — чуть-чуть.

Я вернулась к себе в комнату и стала перебирать одежду, которую привезла с собой. Я захватила с собой одно платье, которой раньше ни разу не надевала — из яблочно-зелёной джерсейской шерсти. Мне очень шел его широкий воротник-хомутик. К платью я добавила черный бархатный пояс с золотой головой дракона на пряжке. Я надевала филигранные серьги, когда у моей двери появилась Элис. Я пригласила ее войти, и она посмотрела на меня с приятным сердцу одобрением.

— Хотела бы я тоже быть красивой и нарядно одеваться. Я не имею в виду всю эту вычурную ерунду, которую любит надевать на меня мама.

— По-моему, ты и так красивая, — сказала я.

Она скорчила физиономию.

— Я знаю, у меня внутренняя красота… так ведь всегда говорят тем, кто некрасивый, да? Только у меня нет этой красоты внутри. Я точно знаю.

— Дай себе время, Элис. Расти не так легко, но многие вещи потом исправляются. — Я не была уверена в том, что говорила, но мои слова ее, кажется, обнадежили.

— А куда вы идете? — спросила Элис.

— Кирк пригласил меня на ужин. Я еще не знаю, куда мы поедем.

— Я бы тоже хотела поужинать в городе.

— Мы захватим тебя в другой раз, — пообещала я.

— Ладно. — Она уселась в свое любимое кресло и стала смотреть, как я надеваю черные босоножки на высоких каблуках. Она явно пришла о чем-то поговорить, и я поощрила ее взглядом.

Наконец она сделала глубокий вдох и перешла к делу.

— Дженни, я сегодня кое-что узнала. У меня есть дедушка, самый настоящий. Я бы, конечно, предпочла кого-то другого, но, наверное, Диллоу лучше, чем никого. Вы ведь все это время об этом знали, да?