– Здесь не курят, - сказал Ларион.

– Хамит, - заметил Отрадьев, выпустив в сторону Лариона струю дыма.
– Он еще ничего не понял. Борис Яковлевич, объясни ему популярно.

– Граф Валерий Андреевич Отрадьев, - проникновенно начал толстячок, - решил восстановить свои права на родовое имение. Заметьте, его сиятельство не стал требовать возмещения убытков, а попросту выкупил у государства и без того принадлежащие ему земли…

– Урочище «Барская пустошь» выкуплено мною три года назад! Все документы оформлены по закону и зарегистрированы в земельном кадастре!

– Сортир у тебя где?
– подал голос его сиятельство.

– Удобства во дворе, - мстительно произнес Ларион.

– Так вот, сходи во двор и подотрись своими документами.

– Возможные права третьих лиц на эти земли аннулированы, - с готовностью подтвердил Борис Яковлевич.
– Мы не захватчики, а действуем строго в рамках закона. Но даже просто в рамках обычной человеческой морали сейчас восстанавливается историческая справедливость: граф Отрадьев возвращается в свое родовое поместье, дворянское гнездо, можно сказать!

– Какая историческая справедливость? Род Отрадиных давно пресекся, а у вашего… клиента и фамилия другая! Здесь жили Отрадины, а он, как вы сказали - Отрадьев.

– Это вы не в материале, - с готовностью закивал Борис Яковлевич.
– В древних летописях часто встречаются разные написания одного родового имени. Порой даже появляются двойные фамилии: Белосельские-Белозерские, Драко-Драковичи… и, скажем, Бонч-Бруевичи. Аналогичная история и здесь: Отрадьевы-Отрадины. Причем, прошу заметить, Отрадьевы - старшая ветвь древнего рода.

– Не было никаких Отрадьевых!
– закричал Ларион.
– Отрадины - не столбовые дворяне, их нет ни в Белой, ни в Бархатной книгах! Так что древние летописи можете не поминать.

– Видали, - саркастически заметил Отрадьев, - он и в моей родословной разбирается лучше геральдической комиссии. Не тебе, быдло, рассуждать о дворянских корнях. У меня в роду сорок поколений благородных предков, понял?

Ларион не успел ответить, потому что в эту минуту в зале объявилась Ольга Юрьевна. Она не вошла в двери, а возникла ниоткуда, шагнув к развалившемуся в кресле Отрадьеву.

– Милостивый государь, вы самозванец! Извольте выйти вон!

Отрадьев щелчком отправил окурок в камин, прямо сквозь призрачную фигуру. Мордовороты у дверей остались неподвижны и даже пронырливый Борис Яковлевич продолжал поглаживать свой дипломат. Ни один из незваных гостей не обратил на призрак ни малейшего внимания, они попросту его не видели.

– Прочь отсюда!

Отрадьев щелкнул зажигалкой и закурил новую сигарету.

– Прочь!
– Ольга Юрьевна попыталась дать пощечину новоявленному родственничку, но рука прошла сквозь выбритую щеку, не коснувшись ее.

Рассчитывать на действенную помощь Ольги Юрьевны не приходилось.

– Послушайте, - произнес Ларион, - я не понимаю, чего вы добиваетесь. Всем известно, что усадьба была сожжена во время революции. В течение восьмидесяти лет здесь была пустошь. Бросовые земли, последние годы тут даже не косили. И усадьба восстановлена мною, строительство закончено в этом году. Это тоже известно всем, так что ваши претензии…

– Кто такие «все»?
– поинтересовался Борис Яковлевич.
– У них есть конкретные имена? Они придут свидетельствовать в суде? Предоставят какие-то документы?

– Есть и документы. Дом строила компания «Русский лес», они подтвердят мои слова.

– М-м?… - Отрадьев поворотил голову в сторону юриста.

– Совершенно верно, - вновь закивал толстячок.
– Усадьбу восстанавливала фирма «Русский лес», владелец - господин Каштун. Я беседовал с ним на днях, и он заявил, что готов, если понадобится, свидетельствовать в нашу пользу. Документы у него в порядке: сметы, расходные ордера… я уже получил копии всех денежных документов для предоставления в налоговую инспекцию. Построить такой дом стоит довольно дорого, значит, и налоговые льготы окажутся значительными. Кстати, если господин… э-э… Фомин решит обратиться в суд, сумеет ли он объяснить, откуда у него такие средства?

Удар безжалостно точный! Информация о сумме гонорара недаром была приватной, поскольку большую часть денег за роспись конференц-зала Ларион Фомин получил черным налом. Собственно говоря, его даже не спрашивали, как оформлять выплату - просто выдали толстую пачку долларов, а в ведомости предложили расписаться за совсем иную сумму. И не в баксах, а в рублях. Деньги Ларион взял, и ничто в душе не дрогнуло. Оно, конечно, незаконно, но в нашей стране попробуй жить по закону - мигом и работодатель, и работник пойдут по миру. У русского человека издавна привычка закон нарушать, порой даже ни о чем таком не думая. И вот аукнулось.