— Тебе все равно, что будет с Фаусто? — Шэй в сердцах плюнула на землю. — Может быть, прямо сейчас на нем ставят опыты, а ты готова тратить время и тащиться за этими оболтусами?

— Я знаю, что Фаусто нуждается в тебе, Шэй. Я не прошу тебя остаться со мной. — Тэлли развела руками. — Одна из нас должна уйти вперед, а другая — быть с «кримами». Только так.

Шэй снова злобно зашипела и отошла к кромке воды. Выкопав из глины плоский камешек, она подбросила его в руке, готовясь швырнуть.

— Шэй-ла, они могут увидеть тебя, — прошептала Тэлли.

Шэй замерла с поднятой для броска рукой.

— Послушай, — добавила Тэлли, — мне очень жаль, что все так получается, но ведь я веду себя не слишком глупо, согласись?

Шэй пару секунд пристально смотрела на камешек, а потом бросила его на землю, села, выхватила нож и начала закатывать рукав костюма-невидимки.

Тэлли отвернулась. Надеялась, что сознание Шэй прояснится — и подруга все поймет.

Она устремила взгляд на лагерь беглецов. Все ужинали. Ели осторожно — видимо, поняли, что саморазогревающейся едой можно обжечься. Это был первый урок, получаемый теми, кто отправлялся за город: ничему нельзя доверять, даже еде. Все здесь было не так, как в городе, где были сглажены все острые углы, где каждый балкон был снабжен спасательным полем — на случай, если ты свалишься, где еда никогда не была слишком горячей.

Она никак не могла бросить Зейна здесь, даже если из-за этого Шэй ее возненавидит.

Пару секунд спустя Тэлли, услышав, как Шэй встает, повернула голову и посмотрела на подругу. Из пореза на руке Шэй сочилась кровь, ее татуировки бешено вращались. Шэй шагнула к Тэлли, и та сразу заметила, каким ясным стал ее взгляд.

— Хорошо. Мы разделимся, — сказала Шэй.

Тэлли робко улыбнулась, но Шэй покачала головой.

— Даже не смей этому радоваться, Тэлли-ва. Я думала, что, став чрезвычайницей, ты изменишься. Я думала, что, увидев мир ясно, ты станешь меньше думать о себе: что для тебя будут существовать не только ты и твой нынешний дружок. Я надеялась, что хотя бы время от времени для тебя будет иметь значение что-то еще.

— Для меня много значат «резчики», Шэй, честное слово. И ты для меня так много значишь.

— Это было, пока в твоей жизни снова не возник Зейн. Теперь тебе плевать на все остальное. — Она с отвращением покачала головой. — А я так старалась тебя порадовать, добыть для тебя эту работу. Но все бессмысленно.

Тэлли сглотнула ком, сжавший горло.

— Но мы должны разделиться — это единственный способ убедиться в том, что навигатор работает.

— Это я понимаю, Тэлли-ва. Я насквозь вижу твою логику. — Шэй бросила взгляд на лагерь беглецов. Ее лицо, испещренное быстро скользящими с места на место татуировками, отразило отвращение. — Ты мне вот что скажи: ты это все заранее продумала и только потом поняла, что нам нужно разделиться? Или сразу решила, что прилепишься к Зейну, что бы ни случилось?

Тэлли открыла рот и тут же закрыла.

— Не лги, Тэлли-ва. Не стоит. Мы обе отлично знаем ответ. — Шэй фыркнула, отвернулась и, щелкнув пальцами, вызвала свой скайборд. — Я думала, ты вправду изменилась. А ты до сих пор — самовлюбленная маленькая уродка, какой была всегда. Вот что в тебе поразительно, Тэлли: даже доктор Кейбл со всеми ее хирургами бессильна против твоего эго.

У Тэлли начали дрожать руки. Она ожидала, что Шэй станет с ней спорить, но такого и не предполагала.

— Шэй…

— Ты даже как чрезвычайница ни на что не годна. Вечно ты из-за всего переживаешь. Почему бы тебе просто не быть крутой?

— Я всегда старалась делать то, что ты…

— Ну так можешь теперь перестать стараться.

Шэй открыла маленький багажник на скайборде и, вытащив оттуда баллончик с медицинским спреем, обильно обрызгала раненую руку. Потом она вынула из багажника несколько герметично запаянных пакетов и бросила их к ногам Тэлли.

— Вот в этом пакете — камуфляжный пластик, если тебе понадобится изменить внешность, пара скинтенных маячков и спутниковое устройство связи. — Она горько, презрительно рассмеялась. — Я даже оставлю тебе одну из гранат, которые я приберегла. Так, на всякий случай — если вдруг между тобой и твоим мальчиком-трясунчиком встанет что-нибудь большое.

Граната с тупым стуком упала на землю. Тэлли вздрогнула.

— Шэй, что ты…

— Не смей со мной разговаривать!

Это было произнесено приказным тоном, и Тэлли мгновенно умолкла. Шэй одернула рукав костюма-невидимки и закрыла лицо капюшоном с маской. Ее разъяренное лицо исчезло, и сама она слилась с ночным мраком. Из-под маски донесся ее искаженный голос:

— Не собираюсь больше тут торчать. Я отвечаю за Фаусто, а не за эту жалкую горстку недоумков.

Тэлли облизнула пересохшие губы.

— Надеюсь, с Фаусто все в порядке.

— Не сомневаюсь, что ты на это надеешься. — Шэй вспрыгнула на скайборд. — Но меня это не интересует. Совсем, что ты думаешь и на что надеешься, покончено, Тэлли-ва. Навсегда.

Тэлли попыталась что-то сказать, но последнее слово подруги прозвучало так холодно, что у нее язык отнялся.

Шэй взмыла в небо. Ее силуэт был едва виден на фоне темных деревьев на противоположном берегу реки. Шэй перелетела через реку и вскоре скрылась в темноте.