Так это был лишь сон?

— Никто не напал, господин — буркнул здоровяк удивленно смотря, как я постанывая с трудом поднимаюсь на затекшие ноги — Скоро восход. А что это вы, рядом с кроватью спать вздумали?

— Ээ — э. Захотелось мне так! — нашелся я с ответом. Не признаваться же, что как полный дурак сидел с закрытыми глазами до тех пор, пока меня не сморил сон — А ты чего?

— Я ничего, господин — твердо ответил здоровяк — А вот вы чего. Пора позаниматься с мечом.

— Ох — застонал я — Рикар, давай начнем с завтрашнего дня?

— Нет. Пойдемте, господин, благо вы уже одеты — не поддался Рикар и протянул мне миску с водой.

Причитая и проклиная свою судьбу, я поплескал в лицо холодной водой и поплелся за здоровяком.

Жизнь продолжалась своим чередом и некоторые вещи оставались неизменными.

— Вытяжку мы наладили, господин — отчитывался старший брат каменщик — В стенах сделали несколько дополнительных щелей для притока воздуха.

— Что с конюшней? — поинтересовался я с наслаждением делая первый за утро глоток бодрящего отвара. Надоедливый снегопад наконец прекратился, что несказанно радовало — сугробы во дворе были уже по колено взрослому человеку. Если вчера воздух во дворе подмораживал и заставлял ежиться, то сейчас дышал настоящей стужей.

— Заканчиваем возводить стены, к завтрашнему дню и крышу положим. Благо из дерева строим — с камнем мороки было бы не в пример больше. Сегодня же начнем класть печь для обогрева, еще одну ночь на таком холоде, животные не перенесут.

— Неплохо — прокомментировал я, глядя как укутанные в меховую одежду мужчины, копошатся на стенах конюшни — Не маловата ли постройка?

— На десяток лошадей с лихвой хватит — отозвался Древин, — Рядышком еще навес для сена пристроим, да и ладно будет.

— Когда ледник заложите? — продолжил я расспросы, хозяйским взглядом охватывая свои владения.

— С ледником посложнее будет, господин — несколько виновато ответил мастер — Для него надо яму рыть, да поглубже. Иначе к весне все потечет. Я так считаю, что сейчас нам ледник и не надобен вовсе — при такой то холодине, мясо можно и во дворе без опаски оставлять.

Когда до меня дошел смысл слов мастера, я удивленно замер. А ведь и верно. В отличие от меня, мастер каменщик зрит в корень. К чему сейчас строить абсолютно ненужный ледник, когда на дворе готовый ледник? Лишние затраты сил и ресурсов.

— Правильно! — с уважением сказал я — С ледником повременим. Есть дела и поважнее. У меня возникла мысль, как увеличить место в пещере, а то сейчас между лежанками и не протиснешься толком.

— Слушаю, господин — кивнул Древин и махнул рукой подзывая брата, — Думаете, стоит увеличить пристройку?

— Нет — покачал я головой — Слишком много мороки. Воспользуемся казарменным опытом. В общем, начинайте мастерить двухъярусные кровати. По центру, свод пещеры достаточно высок и нам это на руку. Считай в два раза больше места выгадаем. Чем не польза?

— Как, как, господин? — изумленно вытаращился Древин — Какие кровати?

— Вы что, ни разу в казарме не были? — удивленно спросил я — Обычные двухъярусные кровати.

— Господин, в разных казармах я почитай пол жизни провел — медленно ответил каменщик — Считай мой дом родной. Но мы все больше в гамаках да на скамьях почивали.

— Я тоже о таких кроватях и не слыхивал, господин — встрял Дровин, переглянувшись с братом.

— Та — ак — озадаченно протянул я, — Ладно, это дело поправимое.

Вооружившись длинной палкой, я прямо на снегу начертил схему обычной двухъярусной кровати, благо ничего заумного там не было. Братья припали к чертежу и быстро разобравшись в деталях, начали бурно обсуждать будущие кровати, начисто забыв обо мне.

Я же несколько ошеломленный услышанным отошел в сторону и крепко задумался. В моей голове было четкое видение длинного помещения с ровными рядами двухъярусных кроватей. Вспомнился, несомненно солдатский жаргон, неистребимая вонь потных тел…

Уверен, что это не грезы, а обрывок воспоминания из моего забытого прошлого, всплывший в моей голове сегодня утром после пробуждения. Это точно не память барона Кориса Ван Исер — молодой дворянин, никогда не нюхал армейскую жизнь. Вся его юность прошла в родовом замке, а после смерти отца, он стал завсегдатаем столичных трактиров. Но, тогда чье это воспоминание?

Откуда у меня воспоминания о военных буднях, если я ни разу не переступал порог казармы? Все мои тщетные попытки разобраться с кашей в голове, прервал острый укол головной боли намекающий, что пора прекратить копаться в прошлом. Ладно, оставим это на потом.