— Расскажите мне о нем, — попросил Эдам.

— Для чего?

Он пожал плечами.

— У вас будет тема для разговора, а я смогу послушать. Сегодня я ходил в депо, но командир выгнал меня и приказал не показываться, пока я не буду готов к работе. Конечно, он желает мне добра, но я устал от собственного общества.

— Поэтому вы готовы послушать о незнакомом человеке, с которым никогда не встречались?

— Хочу слышать ваш голос. Вот и все, — сказал Эдам.

— Я почитаю вам книгу, — предложила польщенная Эмбер.

— Расскажите о Джимми.

Эмбер рассказала, как они познакомились, как хорошо им было в школе, и как она была потрясена, когда он вступил в армию.

— Похоже, ему надо было повзрослеть.

— Он был взрослый — двадцать один год.

— Солидный возраст.

— А вам сколько?

— Двадцать семь.

— Мне только двадцать.

— Ребенок, — усмехнулся Эдам. Она негодующе посмотрела на него.

— Нет, я взрослая. Скоро я стану матерью.

— Окажите услугу себе и ребенку. Отдайте его на усыновление.

— Что?! Отдать моего ребенка? Да вы просто сумасшедший!

— У одинокой матери тяжелая жизнь.

— Если у вас было несчастливое детство, это не означает, что ребенок не может быть счастлив с одним родителем. Моя мать была одинока на протяжении почти всей моей жизни. Тем не менее, она получила образование и вырастила меня. Мы прекрасно жили.

— Где она сейчас?

— Здесь, в городе. Она вышла замуж вскоре после того, как мы с Джимми поженились. Я счастлива за нее, но в отличие от вашей матери она не искала мужчину, который бы позаботился о ней.

— Матери казалось, что она ничего не может сделать сама, поэтому она и не пыталась. Все мое детство прошло под ее жалобы. Мать все время пыталась найти мужчину, который заменил бы мне отца. Но на самом деле она делала это ради себя. Боялась быть самостоятельной.

— Печально. Но я уверена, что она прекрасно справлялась.

Эдам помолчал.

— Вы правы, — с некоторым удивлением сказал он. — У нас было чисто, мы никогда не голодали. Но ей нужна была не такая жизнь, и она не смирилась с тем, что имела. Она всегда была в поиске.

— Где она сейчас?

— Умерла несколько лет назад.

— Как жаль.

— Да, мне тоже.

— Братьев и сестер у вас нет? — спросила Эмбер. Он покачал головой.

— А у вас?

— В ноябре у меня появится брат или сестра.

— Что?!

— Моя мать беременна. Они с Мэттом страшно рады. Наши дети родятся практически в один день.

— И вы, и ваша мать беременны? В одно время? Сколько ей лет?

— Тридцать восемь. Мэтт моложе на несколько лет. Они в восторге.

— Что случилось с вашим отцом?

— Он оставил нас, когда я была младенцем. А что произошло с вашим?

— То же самое. Надеюсь, его фамилия не Каррузерс?

— Нет, Симпсон.

Эдам снова умолк. Наступила тишина. Эмбер почувствовала, как ее охватывает дремота. Она могла бы просидеть здесь весь день. И просидит, если Вирджиния не уйдет. Надо собраться с силами и посмотреть, не уехала ли она.

— Хотите, съедим попозже пиццу? — спросил Эдам.

Эмбер засыпала. Повернув голову, она приоткрыла глаза.

— Пожалуй.

— Я закажу ее, и мы поедим у меня. Если вы на что-то разозлитесь, можете уйти, не доев.

Она сонно улыбнулась и закрыла глаза.

Эдам посмотрел на нее. Эмбер спала. Ее кожа не порозовела, но надо бы проследить, чтобы она не получила солнечный ожог.

Он попытался избавиться от ощущения, что только что сделал глупость. Для чего он пригласил ее?

Не удержавшись, Эдам снова посмотрел на нее. Ответ он знал: лучше провести время с ней, чем смотреть телевизор.

Черт, Эмбер забавляет его. Немного ершистая, но он сам виноват, обвинив ее в том, что она пытается заарканить его. По крайней мере, в этом вопросе воцарилась ясность. Она не ищет мужчину, а он не ищет женщину. Возможно, они смогут общаться, пока она не переедет. Это приятнее, чем изнывать от одиночества.

Не хочется думать, как сильно работа завладела его жизнью. Завтра можно позвонить кому-нибудь из ребят. Трое в его смене — холостые, хотя у Барта, есть девушка. У остальных мужчин и женщин семьи, о которых они любят рассказывать.