Шрифт:
– Правда. – Леон кивнул.
– Так с чего бы Брюнегольду просто так отдавать нам девицу? Хочешь не хочешь, а он тогда поссорится со своими товарищами.
– Если они ему товарищи, – ответил Леон. – Брюнегольд слишком хитер, чтобы влезать во внутренние интриги императорского двора. Потому и сидит он среди орков, а не в столице.
– Зачем же ему девушка?
Леон пожал плечами.
– Точно не могу сказать. Но думаю, что он просто выполняет чью-то просьбу. За определенную плату. Сама девушка ему не нужна. Как и та интрига, что ее окружает. Деньги, я думаю, он уже получил. По крайней мере часть.
– А остальную часть?
– Придумаем что-нибудь.
Артур хмыкнул.
– Поверь мне. После встречи с нашими конкурентами все стало значительно легче.
– Кстати, кто-нибудь запомнил того орка?
– Которого? – спросил Артур.
– Ну, того, что нам помог с магом? Молодого.
– Зачем тебе? У него вроде уши были чуть длинноваты.
– Ну, думаю, мало ли когда встретимся.
– Не надейся. Орки имеют короткую память. – Леон сел, встряхнулся. Натянул на себя плащ. – То, что он отплатил нам добром, редкий случай. Для них мы – дикари. Странно, правда?
– Да уж.
Филипп некоторое время молчал, а потом спросил:
– Лео, а зачем ты это все время делаешь?
– Что?
– Ну. – Филипп кивнул куда-то в сторону.
Леон перевернулся, посмотрел в указанном направлении. Ничего не увидел и удивленно посмотрел на Филиппа.
– Ну там. – Тот указал на большой камень.
– Требу, что ли?
– Да. – Филипп чуть понизил голос.
– А как иначе? Мы же вроде гости тут… Надо хозяевам подарок сделать, уж сколько можем. – Леон растерялся, для него это был странный вопрос, вроде «Почему ты дышишь?». Поделиться с духом леса, ручья или горы было так же естественно, как сказать «Здравствуйте», входя в дом. – У нас так всегда делали. Без этого в лесу и жить невозможно.
– Надо же… – Филипп почесал затылок. – И что же, каждому кусту так надо?
– Почему каждому? Особые места для этого есть. У вас что, так не делают?
Филипп покачал головой.
– Нет вроде. Не замечал. Я из городка маленького, тоже. В церковь все ходят.
– У нас тоже церковь есть. – Леон будто споткнулся и поправился тише: – Была…
Филипп не заметил заминки.
– У нас и лес был неподалеку. Вырубки, конечно. Но все же. Говорили, конечно, что когда-то давно и у нас там. В пещеры отпускали девушку там. Вроде жил там злой дух, но это ж когда было?!
– Нет, чтобы человека в жертву, это до какого же отчаяния дойти надо. А так, хлеб разделить, как с другом, совсем другое дело.
Филипп покачал головой. Не то с сомнением, не то с удивлением.
Артур молчал, кажется, уснул.
– В лесу без этого никак, – добавил Леон. – Закрутит, заведет куда-нибудь. И все. А так еду разделили, вроде бы как породнились. Духи это уважают.
Филипп молчал. Потом вдруг протянул Леону кусочек лепешки. Чуть смятый, будто богатырь долго крутил его в ладонях, перед тем как обратиться к другу.
– Ты вот что, ты положи от меня. А то я вроде как не умею.
– Да ты сам… – начал было Леон, но, взглянув на Филиппа, замолчал. Взял лепешку. – Хорошо.
Он поднялся, осторожно, чтобы не разбудить Артура, обошел костерок. По звуку нашел ручей. Тут было светлее. От воды исходит легкий зеленоватый свет. Струящийся, какой бывает на небе холодной зимой, хотя луны и не видно.
Около камня, там, где он положил совсем недавно требу, было пусто.
Леон осторожно положил кусочек лепешки. Подумал, что стоит, наверное, что-то сказать, но не нашел слов. Молча отвернулся, сделал несколько шагов и вдруг увидел, что из ручья на него кто-то смотрит!
Леон замер.
Вскоре из воды поднялась девушка. Длинные волосы. Белая, удивительная, будто прозрачная кожа. Гибкая, будто ветка, фигура…
Она сделала шаг, другой. Поднялась из воды вся, целиком. Красивая, завораживающая в своей наготе. Протянула руку.
Леон дотронулся до ее пальцев. Холодных, но таких нежных. Подошел ближе.
Русалка провела ладонями по его лицу. Ее кожа была холодна, но в ней было столько живительной прохлады, какая бывает у родника в жаркий полдень. Ее касания были приятны, каждая клеточка тела будто ликовала под ее пальцами.
Леон и не заметил, как оказался в воде. Она обняла его нежно, ласково. Потянула вниз… Он поддался, путаясь в длинных русалкиных волосах.
Вот уже проявились в ее лице знакомые черты.
– Герда… – прошептал Леон. – Герда…
Или он только подумал так?..
– Все хорошо милый, – сказали ее глаза. – Я буду рядом.
Вокруг переливалась, пела, бурлила вода.
Глава 37
Гуленгейм был не самым приятным местом в Империи. И не только потому, что был населен в основном орками и родственными им народами. Этот город был построен на месте старого гигантского капища-храма и напоминал скорее большую крепость, нежели город. Тут не было улиц и домов в обычном, человеческом понимании. Весь город, большой и густонаселенный, образовывал единое невероятного размера здание. Тут под одной крышей жили, торговали, занимались ремеслами, нищенствовали, рождались и умирали тысячи существ. Самых разных, часто таких, о которых Леону даже слышать не приходилось. Полукровки. Для которых Гуленгейм был домом. Одним большим городом-домом.