Аделину охватила злоба.

— Не нужно сарказма, Эрнесто. И ты, и Федерико… вы оба родились с калькуляторами в головах и с балансовыми отчетами в руках. Но Паола не такая…

— Конечно. — Лед в его голосе был почти осязаем. — Полагаю, именно поэтому она водилась с парнями, у которых хватает денег всего лишь на мотоциклы, а не на «феррари», к примеру.

Аделина побледнела от негодования.

— Скажи мне, где Паола? — холодно произнесла она. — Я сейчас же отправлюсь в аэропорт…

— Это не обязательно.

— Что значит не обязательно? — Ее переполняли возмущение и страх. — В какой больнице находится девочка? Почему ты не говоришь мне этого? Ведь я все равно узнаю, даже если тебе не захочется…

— Остынь, пожалуйста, хорошо? — мрачно перебил ее Эрнесто.

Аделина почувствовала себя беспомощной.

— Ты не имеешь права мешать мне видеться с дочерью, Монтес, — слабо возразила она.

— Боже! — горячо воскликнул он. — С чего ты взяла, что я пытаюсь это сделать? Просто сегодня утром я договорился, что ее перевезут в Мадрид, и тебе ни к чему мчаться сломя голову в Швейцарию, в Вебстер.

Аделина вскрикнула.

— Что ты сказал? — Она не верила своим ушам.

— По-моему, ты все прекрасно слышала.

— Но… — Ей хотелось возразить как можно мягче. — Ты не должен был так поступать с нами.

— Нет?

— Нет! — выкрикнула она. — Когда произошла авария? Разве бедняжке уже можно двигаться? Ведь у нее сотрясение мозга! А тут еще ушиб позвоночника?! Это же очень серьезный диагноз!

— Пока неподтвержденный. Небольшое сотрясение мозга — да, это есть. Ну и все остальное… — бесстрастно ответил Монтес. — Такие травмы не смертельны.

— И все же я считаю, что тебе не следовало принимать поспешного решения насчет ее перевозки. Догадываюсь, тебе так удобнее, поскольку легче будет выкраивать время, чтобы навещать Паолу. А как насчет возможных осложнений? Разве годится так рисковать?

— Спасибо, что честно высказала свое мнение, — прорычал Монтес.

Аделина услышала в трубке его тяжелое дыхание и на мгновение засомневалась, стоит ли и дальше продолжать опасный диалог? Но ей не хотелось позволить ему манипулировать собой.

— Пожалуйста, — произнесла она вызывающе, но запнулась и добавила, словно защищаясь:

— Уверена, что мнение Федерико было бы таким же.

— Ты так думаешь? — Он с силой выдохнул, и Аделина представила, как клокочет в нем гнев. — Что ж, ставлю тебя в известность, что все делается с санкции лечащего врача Паолы, который компетентно оценил состояние пациентки и предложил перевезти ее выздоравливать поближе к родным. Самолет с полным набором медицинского оборудования и со штатом медперсонала доставит твою дочь в Мадрид, откуда ее переправят в центральную клинику. Такой вариант тебя устраивает?

Аделина облизала пересохшие губы.

— Я… я думаю, что да.

— Хорошо. Остается выяснить последнее…

Когда ты прилетишь в Мадрид, чтобы навестить Паолу?

Аделина в раздумье откинулась на спинку кресла.

— Ты утверждаешь, что мою дочь перевезут завтра утром? — уклончиво поинтересовалась она.

— Да. Но вообще-то тебе посоветуют не тревожить ее до следующего дня, — сухо уточнил Эрнесто. — Могу послать за тобой самолет послезавтра утром. Будь готова, скажем, часам к одиннадцати, и тогда мы смогли бы…

— Мне не нужна твоя помощь, чтобы вернуться домой, — поспешно перебила его Аделина. Мысль о том, что Монтес прилетит сюда и вторгнется в ее святилище, была просто невыносима. — Я сама все организую.

— Брось, не упрямься, — нетерпеливо выпалил он. — Мы оба знаем, что улететь с Сейшел не так-то просто.

— Почему же? Из Виктории следуют чартерные рейсы… — возразила она отчаянно. — И, потом, у меня достаточно денег, чтобы нанять частника. Ты же знаешь.

— Знаю, но не понимаю, зачем тебе это делать, когда у корпорации Веласкеса имеется свой самолет? — раздраженно спросил Эрнесто. — Если дело в том, что ты просто не хочешь, чтобы тебя сопровождал я, тогда ладно.

Полет может совершить Энрике Рибера.

— Не нужно никого за мной посылать, — продолжала упорствовать Аделина, но по участившемуся в трубке дыханию поняла, что перестаралась.

— Успокойся, — хрипло произнес Монтес. — Я лишь собирался сохранить в тайне твое местопребывание. Если наймешь частный самолет, оно будет тут же раскрыто. Допускаю, что ты меня на дух не переносишь. И то, что произошло между тобой и мной в ночь смерти Федерико, воспринимаешь теперь только лишь как непростительную ошибку. Знаю, ты не позволишь мне забыть об этом. Что ж, хорошо! Постараюсь это пережить. И не стану оскорблять твое самолюбие, напоминая, что тебе хотелось этого не меньше, чем мне. Но сейчас проблема в другом. Девочку надо оградить от назойливых журналистов. Впрочем, как и тебя…