Вечер начался как обычно. Лишь Менандр был чуть более разговорчив да чаще подливал вино. Добродушно улыбаясь, он говорил Скиллу:

— Жаль, что ты нас покидаешь, дружище Скилл. Ты пришелся нам по душе.

— Значит тебе не было со мной скучно? — кривовато улыбаясь, спросил скиф.

— Нет, что ты! — воскликнул Менандр, и голос его звучал искренне. — Можешь не верить мне, но я давным-давно не встречал такого интересного собеседника как ты. Твое здоровье, дружище Скилл!

Они в какой раз потянулись друг к другу чашами и сомкнули их, издав мелодичный звон. Делая глоток, Скилл смотрел, как двигается кадык на шее доносчика. Свое вино скиф незаметно вылил в вазу с цветами, поставленную им неподалеку специально для этой цели.

Постепенно вечер превратился в самую заурядную пьянку. Не успел месяц отмерить половину своего пути, а все уже были мертвецки пьяны. Вскоре за столом остались сидеть лишь Скилл, Менандр и загрустившая Лаоника.

— Что-то вино не берет тебя сегодня, скиф, — внезапно пробормотал Менандр заплетающимся языком.

Скилл мгновенно отреагировал:

— А откуда ты знаешь, что я скиф?

— Откуда? — Глаза Менандра забегали. — А… Лаоника мне сказала.

Скиф обернулся к девушке.

— Это правда?

— Он врет! — не колеблясь ни мгновения, ответила Лаоника.

— Интересно… — протянул Скилл. — А ответь мне, друг Менандр, почему тебе так хочется напоить меня сегодня?

— Напоить тебя? Мне? Тебе почудилось, дружище Скилл!

Отбросив кресло, скиф одним прыжком подскочил к мгновенно побледневшему Менандру и приставил к его горлу нож.

— Если хочешь жить, отвечай и немедленно!

— А… О… О чем? — забормотал Менандр. — Спрашивай! — заорал он мгновение спустя, чувствуя как острие ножа прокололо кожу.

— Так-то лучше! — усмехнулся Скилл. — Кто тебе платит за то, чтобы ты держал меня здесь?

— Городской Совет!

— Три архонта. Толстый, длинный, словно жердь, и поседевший красавчик с бархатным голосом? — Менандр сдавленно кивнул. — Вот видишь, я знаю куда больше, чем ты думаешь. Поэтому будь пооткровенней. В чем заключаются чары вашего города?

Менандр тряс головой, не в силах вымолвить ни слова.

— Вино?

— Д-да.

— Что в него добавляют?

— Порошок забвения.

— Дурманит лишь одно вино?

— Нет, все. Музыка, здания, воздух. Все создано с таким расчетом, чтобы человек пожелал остаться в нашем городе.

— Хороший мальчик! — похвалил скиф. — Кто такие мыдники?

— Я не знаю!

— Лжешь! — Размахнувшись, Скилл ударил доносчика по лицу. — Спрашиваю еще раз: кто такие мыдники?

— Я правда не знаю!

Лаоника тронула плечо Скилла.

— Он боится. Мы все знаем, кто это, но боимся говорить о них.

— Так кто же они?! — Скилл повернул искаженное яростью лицо к девушке.

— Это люди-призраки, стражи Серебряного города. Они невидимы глазу человека.

— Скотина! — Скилл пнул Менандра ногой в живот. — Когда они должны прийти сюда?

— Они уже здесь! — вдруг завизжал Менандр. — Я чувствую их присутствие. Хватайте скифа!

Нож, всаженный в горло, оборвал этот крик. И тотчас же чья-то невидимая рука задела вазу с виноградом, стоявшую на столике.

— Мыдники, — прошептала Лаоника.

— Ложись! — велел скиф, бросая ее на пол. Выхватив из лежащего под ногами мешка меч, он рубанул им по свечам и отпрыгнул в сторону.

Залу поглотила кромешная тьма. Скилл не мог различить ни одного предмета. Но зато мыдники лишились своего главного преимущества. Отныне им приходилось иметь дело с невидимым врагом.

Держась рукой за стену, скиф бесшумно, словно барс, двинулся вдоль залы, готовый в любой момент нанести удар.

Из темноты донесся сонный храп, затем кто-то вскрикнул:

— Что это? Почему темно?! Кто здесь?!!

Послышался тонкий свист стали, человек вскрикнул и затих.

Вновь установилась тишина. Густая и невыносимая. Первыми не выдержали мыдники. Раздался негромкий треск и в темноте вспыхнул фонтан брызг. Кто-то из невидимок пытался высечь огонь. Дождавшись, когда мыдник ударит кресалом второй раз, скиф определил его положение и метнул нож. Судя по сдавленному всхрипу, сталь попала точно в цель. На одного меньше!