В вечерних газетах дело сестер оттеснило на задний план историю Риклеса. Это дело было новее, пикантнее, загадочнее. К своему собственному изумлению, Риклес почувствовал нечто вроде ревности. Он рассмеялся, если бы события последней недели не отучили его смеяться.

Прошел вторник. От своих хозяев Риклес узнал, что антихристы торгуются с правительством: кроме взрыва церквей, они требовали теперь освобождения 12 своих людей, сидевших в тюрьмах по приговорам или в ожидании суда. Похоже, они затягивали дело, надеясь, что как-то прояснится судьба А-1.

В шумихе, вызванной похищением мадам Жу и исчезновением ее сестры, немного внимания привлекла гибель 19-летнего сына мэра столицы. Юноша, видимо, утонул в море, хотя был отличным пловцом. Все попытки найти труп пока оставались тщетными.

2

Глаза ему развязали через полчаса после отъезда. По скорости машины он догадался, что уже выехали за город. Впервые за две недели он видел дневной, вернее, сумеречный, свет: был вечер теплого, ясного февральского дня. Сначала местность показалась ему совсем незнакомой, потом он догадался: это была дорога на север, к озеру Тонго. Ехали в трех машинах. Его везли в средней, он сидел между бородатым и парнем, который его обслуживал. Женщина, сменившая свое черное платье на брюки и свитер, сидела с водителем.

А вот и Бонки, маленький городок, весь в садах. Когда он был здесь последний раз? Вспомнил: ровно четверть века назад, студентом. Он приехал на уик-энд к приятелю и дьявольски влюбился в его сестру. А был ли он уже знаком с Тиной? Конечно, был. Она даже обиделась, что он бросил ее в тот уик-энд... Но она ему отомстила по-своему...

Еще полчаса, и они выехали на шоссе, огибавшее озеро. Было уже совсем темно, в разрывах леса озеро лежало черным пятном. Они подъехали к пристани одного из курортных поселков. Риклес слегка успокоился: если бы его везли убивать, не нужны были три машины, полные вооруженными антихристами, да они нашли бы для этого и другое место. Но все равно он чувствовал нервный озноб.

Его перевели в небольшой катер, в котором поместилось пятеро антихристов, включая троих его спутников. Через несколько минут они причалили к островку, где сиял огнями ресторан "Кло", Риклес бывал там раза два или три, но не мог вспомнить, при каких обстоятельствах.

Островок оказался странно пустынным. Их встретили двое и проводили боковым входом в один из кабинетов. Он был соединен дверью с главным залом ресторана. Когда дверь приоткрыли, Риклес увидел, что зал совершенно пуст. Посреди зала из столов было составлено каре, лишние столы сдвинуты к стенам.

Риклес и его спутники сели за два столика в кабинете. Он с наслаждением выпил двойной гроп с лимонным соком, потом кофе. С ним никто не разговаривал, да и между собой антихристы говорили мало. Бородатый был, по-видимому, главой группы. Женщина, посидев с ними несколько минут, вышла. Ждать пришлось довольно долго. Наконец в зале послышались голоса, шарканье ног, шум передвигаемых стульев. Затем все стихло, и раздался знакомый, негромкий, но очень внятный голос. Говорил Хинкр.

– Дамы и господа! Едва ли здесь нужны долгие речи. Наши дорогие пленники и пленницы (Хинкр сделал паузу) слишком долго томятся в тревоге и неизвестности. Добрая воля всех заинтересованных сторон и неустанные усилия моих помощников позволили достичь желанного соглашения. Могу сообщить, что правительство в лице министра внутренних дел гарантировало свое невмешательство до семи часов утра завтрашнего дня. Многие здесь, вероятно, заинтересованы в том, чтобы покончить с делом как можно скорее. Я уверен, что так оно и будет. Напоминаю, что соглашение категорически исключает фото- и киносъемку процедуры.

Хинкр замолчал. Несколько голосов слились в гул согласия.

– Господа, - снова послышался уверенный голос Хинкра, и Риклес живо представил его высокую спортивную фигуру и крупную голову, всегда напоминавшую ему римские портретные бюсты. Лысина не только не портила эту голову, но казалась просто необходимой.

– Господа! Я буду называть участников нашей встречи теми именами, которыми они сами предпочли сегодня называться. Однако я и мой помощник самым придирчивым образом проверили их полномочия.

"Кто же работал с Хинкром?
– подумал Риклес.
– Неужели Лодина, его помощница и любовница? Интересно, здесь ли она? Наверняка здесь. Серьезной опасности нет, а Хинкр не мог упустить случай показать ей себя во всей красе".

– Господин Гуна, - сказал Хинкр, - в руках ваших людей находятся мадам Жу и ее сестра мадемуазель Рона Го. Прошу вас подтвердить ваше согласие освободить их и сообщите ваши условия.

– Мы согласны обменять дам на сына мэра, - ответил невидимый господин Гуна. Риклес понятия не имел, кто это такой. Несомненно, это был псевдоним.

За дверью послышался гул изумления и любопытства. Теперь было понятно, почему не нашли труп.

– Господин Рили, - с некоторой торжественностью начал Хинкр, насколько я понимаю, вас интересует судьба другого лица. На каких условиях согласны вы освободить сына мэра, Моло Тониса?

– Пусть антихристы отпустят Риклеса.

Риклес вздрогнул. Это был голос отлично ему известного человека начальника секретной службы партии. Только звали его совсем иначе. На кой дьявол им понадобилось похищать сына мэра? Но если это давало ему свободу...