— Надеюсь, вам уже известно, что многих там удивляет огромная сумма предложенного нами гонорара, — сказал Бурроуз, рукой указывая на расположенные за окном небоскребы. — Они боятся, что теперь каждый автор будет ждать миллиона за свою книгу, — засмеялся он. — Но мы получили вещи гораздо более ценные, чем миллион долларов, — это хорошее расположение солидных фирм и рекламных агентов. Наша дочерняя британская фирма уже заплатила четверть миллиона долларов за право распространения книги на территории Англии. Сотни домохозяек прислали нам свои романы, повествующие о своих сокровенных тайнах.

— Ну уж нет! — тяжело вздохнул Скотт. — Нам интересно привлечь к книге внимание как можно большего количества читателей…

Кивнув головой, Бурроуз рассуждал:

— Но ведь мы в течение целого года будем получать интереснейшие романы от самых популярных агентов, которые все тоже будут надеяться на миллионный гонорар для своих авторов!

В кабинет вошла секретарша с кофе.

— Конечно же, мы не собираемся платить миллион долларов за каждый роман, Марчелла, — заверил ее Бурроуз, как только кофейные чашки оказались на столе. — Потому что не каждый писатель наделен таким великолепным даром рассказчика, способным с такой силой увлечь читателя. Вы являетесь тем писателем, в популяризации произведений которого будут заинтересованы очень многие деловые люди. Скотт, она будет принимать участие в расширенных дискуссионных телепередачах за «круглым столом»?

Скотт утвердительно кивнул головой:

— Скромная, никому не известная домохозяйка, которая получила миллион долларов за свой первый роман. Каждая жительница страны захочет походить на нее. Им сразу захочется узнать, почему книга завоевала рекордную сумму гонорара. Может быть, в ней открываются некоторые тайны сексуальной жизни? А может быть, это просто непристойная книга? Может быть, книга заставит вас обливаться слезами? Мы проведем с Марчеллой подготовительную беседу относительно того, как правильно отвечать на различные вопросы. Начало ее карьеры обнадеживающее, ведь ее агентом является сама Эми Джаггер.

— Нельзя желать более лучшего мастера, — согласился Бурроуз. — Или будет точнее назвать ее учительницей, учитывая ее содействие молодому таланту.

— Портрет Марчеллы мы поместим на обороте обложки, — сообщил Скотт. — Эффектно и ненавязчиво. Нужно, чтобы Марчелла была доступна своему читателю.

Бурроуз заулыбался, глядя на Марчеллу. Отодвинув в сторону чашку, он заметил:

— Похоже, что скоро вы станете новым известным писателем, милочка.

Сказав это, он поднялся, чтобы показать им, что разговор окончен.

— Рады приветствовать вас на борту нашего корабля. После Бурроуза Марчелла встретилась с директором по авторскому праву, очаровательным брюнетом по имени Джаки Нельсон, заверившим Марчеллу в том, что с книгой «Во имя любви» захотят познакомиться читатели многих европейских и других читающих стран.

Затем Скотт повел Марчеллу в отдел рекламы, два сотрудника которого долго ворковали и суетились вокруг нее. После чего весь отдел оформления встретил Марчеллу в студии, где лежали готовые эскизы обложек ее будущей книги. На одной обложке красовался профиль женщины, уткнувшейся носом в букет цветов, который держала мужская рука. Вверху страницы ярко-фиолетовыми витыми буквами растянулось название книги «Во имя любви». В нижнем правом углу страницы размещался укороченный вариант фамилии автора — Марчелла Уинтон.

— Хочу представить вам нашего автора! — объявил Скотт. — Это Джекки Сьюзан, Джуди Кранц и Даниэл Стил в одном лице!

Марчелла скромно улыбнулась, она начала привыкать к его слишком уж смелым заявлениям относительно своей персоны. Она поймала на себе несколько любопытных оценивающих мужских взглядов, а также несколько внимательных пар женских глаз. Все они снова посмотрели на иллюстрированную обложку книги.

— Моя фамилия, Скотт, — подсказала Марчелла.

— Да, конечно, — согласился ее компаньон. — Боюсь, что вам, ребята, придется втиснуть сюда еще одну фамилию, — сообщил Скотт собравшимся оформителям. В ответ послышался тяжелый вздох. — А ты что скажешь, Марчелла? — обратился к ней Скотт.

В этот момент все обратили на нее свои взоры, и она понимала, что от нее сейчас требуется особая тактичность. Краешком глаза она ухватила другой, более сексуальный вариант обложки, показывающий слитые воедино, сияющие бронзовым загаром тела.

— Вот это интересно, — небрежно заметила Марчелла. — Совершенно по-другому смотрится. Думаю, вам нужно немного доработать… ну, не знаю… сделать иллюстрацию более сексуально откровенной.

Взглянув на нее, главный художественный редактор сказал:

— В следующем сезоне появится очень много книг с весьма откровенными в сексуальном плане обложками. А мы хотели оформить обложку вашей книги более романтичным сюжетом. Поэтому мы пока не удовлетворены результатом, и здесь требуется еще целый ряд всевозможных доработок.

Затем они двинулись к одному из юрисконсультов «Вольюмза», яркой блондинке Джаней Бриджвоте. Она поинтересовалась, нет ли какого-либо клеветнического вымысла в романе.

— Только я одна, — бросив взгляд на Скотта, засмеялась Марчелла. — Но я обещаю не возбуждать никакого уголовного дела за клевету.