Шрифт:
— Да, — подхватил Избор. — У нас есть пословица не хуже — «На Бога надейся, да сам не плошай»!
— Не оплошаю, — уверенно откликнулся священник. — Хотя… про верблюда это очень кстати… Это вы мне вовремя напомнили.
Он встал, достал откуда-то снизу пару платков и принялся завязывать глаза лошадям.
Ни Исин, ни Избор вопросов не задавали, но он сам объяснил им:
— Вид зверя настолько страшен, что лошади не выдерживают. Бегут или сходят с ума. А мне на них еще дальше ехать.
— Возвращаться? — спросил хазарин, глядя поверх головы волхва.
— Сначала вернусь, живых привезу, а потом в Журавлевское княжество…
— Ну? — обрадовался хазарин. — А я там всех знаю? Князя увидишь?
— Если повезет…
— Привет передавай!
— От кого?
— От Гаврилы Масленникова, от…
Гаврила кашлянул и хазарин осекся. Он посмотрел на Масленникова и поправился.
— Нет. От Гаврилы, пожалуй, не стоит привет передавать. Скажи, что те, кому он свой корабль одалживал, кланялись, обещали зайти при случае.
Сераслан кивнул, озабоченный более ближайшим будущим, чем встречей с журавлевским князем.
На дороге все оставалось по-прежнему. Люди неподвижно стояли каждый на своем месте. Изредка только тишина нарушалась железным перезвоном, когда кто-то из стоявших переступал с ноги на ногу. На копьях воинов развивались разноцветные флажки
Все было чинно, благородно и торжественно, словно ждали приезда самой княжеской дочери.
Гаврила посмотрел на солнце и вздохнул. Оно неодолимо спускалось вниз, и уже путалось в коронах деревьев.
Сераслан неправильно истолковав вздох, поспешил успокоить его:
— Сейчас, сейчас, потерпи. Осталось совсем немного, это будет очень поучительное зрелище.
— Нет, я не об этом, — сказал Гаврила. — Я думаю: «Сколько церемоний для того, что бы убить гадину».
Волхв посмотрел на него внимательно и напомнил на всякий случай:
— Учти, сражаться с чудовищем может только тот, у кого есть на это право. Это некоторым образом приведения, даруемая поединщику нашим князем. Есть правила…
— Неужели чудовище придерживается этих правил? — усмехнулся Избор. Напряжение витающее в воздухе стало настолько нестерпимым, что волхв никак не отреагировал на шутку.
— Для него никаких правил, конечно, нет.
— Вот, вот…
— Оно просто нападает на первого попавшегося.
— Вот видишь… А ты все талдычишь — «правила, правила».
— Правила распространяются только на нас. Короче говоря, сражаться с чудовищем может только тот, на кого оно нападает.
Такой поворот дела давал Исину некоторую надежду на участие в свалке. Он тут же задал вопрос:
— А если оно нападет на меня первым?
Волхв улыбнулся.
— В уме тебе не откажешь. Обороняться никому не возбраняется даже от Чернобога, а не то что от его прислужников. Только не надейся напрасно. У тех, кто впереди тоже кулаки чешутся.
Исин широко улыбнулся, оглянувшись на Избора, но тот уже поняв, что у того на уме в полголоса напомнил:
— Не встревай. У нас своих дел полно….
— С нашими-то делами когда еще в князья выберешься? А тут верный способ… Все равно стоим. Почему бы не попробовать? — смеясь возразил сотник.
— Почему верный способ? — переспросил он.
— Талисман, — коротко напомнил хазарин, осторожно оглядываясь. — Он поможет…
Избор понял, что не договаривал хазарин. Талисман держал их компанию вместе, соединяя их троих невидимыми скрепами, и это могло защитить хазарина в случае опасности.
— В зятья, что ли к князю нацелился? — спросил Гаврила.
— А что? — подумав ответил хазарин. — Я у князей в зятьях еще не был… Кто знает как это… Может и ничего? А?
— Так туда очередь, — Гаврила кивнул в сторону стоящих толпой копьеносцев. — К тому же ты ее еще не видел. Вдруг она уродина? Или стерва?
Исин повернулся к нему и, смеясь, ответил.
— Княжна и уродина? Никогда такого не было… Они все толстые, красивые…
Он засмеялся еще сильнее от пришедшей в голову мысли.
— Зато сразу в воеводы…
— Если не в покойники…
Глава12
Над дорогой пролетел еще один крик. Все встрепенулись, и Сераслан нырнув в повозку, вылез оттуда с небольшим ящичком. Любовно поглаживая его, он сказал:
— Я вас об одном попрошу. Если вокруг чудовища начнется свалка — не лезьте в кучу. Держитесь от него подальше.