— У меня есть несколько вопросов, — обратилась Эвери к менеджеру.

— Спрашивайте.

Мистер Кэннон уселся в свое кресло, положил ногу на ногу и начал разглаживать стрелки на брюках, не то в силу привычки, не то чтобы скрыть досаду.

— Всегда ли вы посылаете за гостями машину в аэропорт?

— Разумеется! — Менеджер был заметно шокирован тем, что в этом можно усомниться. — Благополучие гостя прежде всего! Нельзя же, чтобы он сам занимался багажом или разыскивал стоянку такси!

— Значит, машина была отправлена и вчера?

— Понимаю, к чему вы клоните. — Он позволил себе снисходительную улыбку. — По-вашему, цепь отказов могла быть вызвана транспортными проблемами. В самом деле, для нашего курорта это совсем нетипично, но поверьте, мы тут ни при чем. Напротив, у гостей (поскольку некоторые из них страшно загружены) порой возникают неувязки со временем. В таких случаях мы делаем все, чтобы подстроиться…

— Давайте вернемся к «цепи отказов». Сбитый с мысли, менеджер поморгал.

— Ах да, цепь отказов! Дело в том, что вчера предстояло доставить из аэропорта трех отдельно взятых гостей, каждый… вернее, каждая из которых прибывала сама по себе: в три пятнадцать, четыре двадцать и пять пятнадцать. Одна из них была ваша тетушка. Если хотите, я справлюсь, в котором часу приземлился ее самолет.

— Я хочу знать все три времени прибытия, номера кредитных карт и прочее, что вам известно о каждой из этих женщин.

— Я не вправе предоставлять подобную информацию. Вправе, не вправе, а предоставить придется, подумала Эвери, но вслух этого не сказала, не желая с ходу обострять отношения. Сначала нужно было получить ответ на целый ряд других вопросов. До сих пор мистер Кэннон вел себя безупречно… для менеджера.

— И вы послали в аэропорт машину?

— Должны были послать, и не одну машину, а три.

— Три? Чего ради, если самолеты приземлились один за другим?

— Потому что это «Утопия», мисс Делейни. Наш курорт славится превосходным сервисом, и каждый гость наделен здесь правом на множество личных услуг. В «Утопии» никто и никогда не ждет, даже пять минут, и это всецело относится к транспорту. Вообразите себе очередь кинозвезд! Так вот, мы Должны были выслать три машины, но в конечном счете не пришлось высылать ни одной — все три гостьи аннулировали бронь прямо из аэропорта. — Видимо, припомнив со слов портье просьбу выделить другую комнату, он поспешно добавил: — Места были тотчас расхватаны!

Эвери не стала заострять на этом внимание и продолжала расспросы:

— Насколько мне известно, вчера у вас на курорте была какая-то проблема с водоснабжением. Прорвало трубы?

— Проблема с водоснабжением? В «Утопии»? — Мистер Кэннон снова заморгал. — У нас не бывает подобных проблем, мисс Делейни! Курорт держит целую бригаду водопроводчиков для регулярной профилактики.

— Да, но вода на курорт поступает извне, не так ли? Возможно, проблема возникла вне вашего ареала.

— Ничего подобного!

— Ну хорошо. Расскажите, пожалуйста, о горном домике. Насколько я понимаю, вы предоставляете его особо важным гостям, если по какой-то причине не можете устроить их прямо на месте.

— Чтобы мы не могли устроить особо важного гостя?! — Менеджер воздел руки. — В любом случае у нас нет и не было никакого горного домика. Люди едут именно сюда, поэтому было бы нерентабельно вкладывать средства в другие объекты.

Высказав это, он демонстративно посмотрел на часы. Эвери не шевельнулась.

— Мисс Делейни, я допускаю, что у вас миллион вопросов, но время не ждет. Сегодня день массового заезда, и, поверьте, гости весьма ценят тот факт, что я лично встречаю их и приветствую. День предстоит напряженный. — Мистер Кэннон поднялся. — На вашем месте я бы не стал так тревожиться. Миссис Сальветти непременно объявится, и, может быть, в самом скором времени.

Эвери молча смотрела на него, пока его глаза не начали бегать.

— Мистер Кэннон, могу я затребовать список персонала?

— Зачем он вам?

— Меня интересует конкретный человек.

— В таком случае обойдемся без списка. Хороший менеджер знает наизусть имена своих подчиненных. Называйте.

— Эдвард или Эдвардс. Я понимаю, фамилия слишком распространена, но это или Эдвард Монк, или Монк Эдвардс.

Если мистер Кэннон никак не отреагировал на это сочетание, то Джон Пол отреагировал даже слишком бурно — так, словно его ткнули шилом. Он ринулся от двери к столу со скоростью курьерского поезда. Эвери захотелось отшатнуться, когда он склонился над ней, уперев ладони в столешницу.