— Я должен бы радоваться, — пробормотал он Блейзу, но вместо этого сердце сжимала никогда ранее не испытанная тоска, и почему-то ему казалось, что это непривычное чувство никогда не исчезнет.

Последние несколько недель любовники встречались у пруда, где их впервые охватило безумие, и теперь, ожидая возвращения Слайго, Джесс размышлял над тревожным разговором, состоявшимся после страстных объятий в воде.

Лисса расстелила одеяло на берегу и легла на него, наблюдая, как Джесс одевается. Солнце, пробиваясь сквозь ветки деревьев, бросало на девушку пятнистую тень.

— Этот наемник из Техаса, Парди, уже приехал? — спросила она.

Джесс, помедлив, натянул рубашку на одно плечо.

— Да, Парди здесь. Его люди появляются в городе по одному, чтобы не привлекать внимания. Не хочу, чтобы кто-то знал, особенно Ассоциация.

Лисса недоуменно нахмурилась.

— Подозреваешь, что кто-то из Ассоциации связан с грабителями?

Джесс застегнул рубашку.

— Возможно, или скорее всего, кто-то из работающих на члена Ассоциации подслушивает разговоры своего босса.

Лисса потянулась к одежде, надела тонкие хлопчатобумажные панталоны.

— Папа говорит, как только ты подготовишь людей, сразу же разгромишь грабителей.

Джесс резко повернул голову, впившись взглядом в девушку, но та тоскливо улыбнулась:

— Не только твои грабители стараются узнать, чем занимается отец. Но в отличие от них, мне стоит лишь спросить.

— Но он никому не должен был говорить о Парди! Лисса встала и подошла к нему.

— Кто-то должен был объяснить мне, что происходит. Недолго осталось, правда, Джесс?

Он понимал, что девушка имеет в виду не только поимку грабителей.

— Нет, Лисса, недолго.

— И что мне делать? Провести остаток жизни с вязаньем в руках за сплетнями с Деллией Ивере? Джесс, но тебя могут убить!

В голосе девушки зазвенели слезы, и она быстро спрятала лицо на его груди. Джесс нежно гладил огненные пряди.

— Именно это я и пытаюсь объяснить, Лисса.

— Но ты мог бы бросить свое занятие. Возьми меня с собой в Техас… или куда угодно. Куда угодно, Джесс…

Он покачал головой и осторожно отстранил девушку.

— Мы уже все обсудили раньше, Лисса. Я — это я, полукровка, наемник. И может, именно из-за индейской крови мне нравится бродячая жизнь… Черт, не знаю. Но не могу все изменить ради тебя… и ради кого бы то ни было.

Лисса подождала, пока Джесс наденет пояс с револьвером. Он физически ощущал как поднимается в ней ярость… гнев и что-то еще. Раздражение? Отчаяние? Страх? Чем скорее закончится вся эта история, тем лучше будет для них обоих. Но все же Джесс понимал: пока он здесь, держаться подальше от Лиссы нет сил.

Джесс вернулся на землю, — вышедший из хижины Слайго вскочил на коня и направился к «Джей Бар». Джесс глядел ему вслед, пока не улеглась пыль, поднятая копытами коня, потом быстро подъехал к домику, чтобы прочесть записку. Мрачная улыбка рассекла его лицо. Лучше не придумаешь! Завтра вечером» грабители собирались угнать стадо, находившееся на северном пастбище. Достаточно времени, чтобы собрать людей Парди и устроить негодяям, небольшой сюрприз.

На следующее утро к Лиссе приехала неожиданная гостья.

— Клянусь, Лисса, ты выглядишь осунувшейся! Лучше попробуй пирожное с кремом. Просто греховно-восхитительное! Клянусь, что обязательно украла бы у тебя Жермен, не будь папа так привязан к старушке Хэтти Гривз. Но куда ей до Жермен!

Она пододвинула блюдо с пирожными Лиссе, которая резко отвернула голову.

— Лисса, ты больна?

Лисса побледнела еще больше, на лбу выступил пот, хотя в окно дул прохладный утренний ветерок и в гостиной вовсе не было душно.

— Небольшое несварение — вчера слишком много съела за ужином. Не очень хвали Жермен, у нее все блюда буквально утопают в жирных французских соусах!

Деллия ощупывала взглядом талию Лиссы, глаза навыкате жадно искали доказательства перемен.

— Хм-м-м, ты, по-моему, и в самом деле немного пополнела.

Собственно говоря, у Лиссы налились груди и совсем не округлились бедра, но худая как щепка Деллия воздержалась от комментария по этому поводу.

— Прошу простить, Деллия, у меня болит голова!

Лисса поднялась и поспешила сбежать от тошнотворных запахов крепкого кофе и свежевыпеченного теста. Лицо девушки приняло зеленоватый оттенок, еще больше подчеркнутый платьем цвета листьев мяты: