Наконец официант принес герцогу бренди. Поблагодарив его, Адриан с наслаждением сделал большой глоток. Алкоголь заглушал его душевную боль. «Черт с ней, с Джанет», – отрешенно подумал герцог и стал ругать себя за то, что все еще не выбросил из головы мысли о жене.

В этот момент в зал вошел пухлый приземистый господин с круглыми, как у совы, глазами. Подняв голову, Адриан встретился с ним взглядом и чертыхнулся про себя. Это был Мортимер Лансдаун, или, как его все называли за внешний вид, Пухленок Лансдаун.

«Вот дьявол, не повезло!» – мелькнуло в голове Адриана. У него не было с собой даже газеты, чтобы спрятаться за нее.

– О, Рейберн! – воскликнул Лансдаун. – Какими судьбами? Что привело вас в столицу в это время года?

Он уселся на стул напротив Адриана и, когда к ним приблизился официант, заказал себе выпить.

– Дела, – солгал Адриан. – Они зовут нас в дорогу, невзирая на непогоду и время года.

– Вы правы. Дела и семейные заботы. Лично я приехал в Лондон из-за младшего брата жены. Он не на шутку увлекся азартными играми. Но я ему вправил мозги. Завтра утром он поедет со мной в имение. – Пригубив бокал кларета, Пухленок снова поставил его на стол. – Вы прибыли в Лондон вместе с очаровательной женой?

– Нет, она осталась в Дербишире. Вы же понимаете, что сейчас не лучшее время для путешествий.

– Да, конечно. Вам, должно быть, хочется поскорее вернуться к ней. Вы же молодожены, не так ли? Кстати, как прошел ваш медовый месяц? Куда вы ездили?

– В Дорсет. Ведь это вы рассказывали герцогине о местных достопримечательностях и исторических событиях, разворачивавшихся там.

Лансдаун бросил на герцога удивленный взгляд.

– Честно говоря, я не припомню такого разговора с вашей супругой, – с недоумением заметил он. – Хотя я порой действительно бываю слишком болтлив и навязчив. Вы сказали, Дорсет?

На сей раз пришла очередь Адриана удивляться.

– Да, Дорсет. Вы поведали Джанет историю замка Корф. Это было во время свадебного торжества.

– Нет, это был не я. Я ничего не знаю об истории тех мест. Как-то я ездил в Дорсет, но побережье мне не понравилось. На мой взгляд, лучше отдыхать в Брайтоне. С вашей супругой разговаривал кто-то другой.

– Да, наверное, – пробормотал Адриан, не зная, что и думать.

Он отлично помнил, что Джанет говорила именно о Лансдауне. Она рассказывала, что он отвел ее в сторонку и долго мучил, разглагольствуя о достопримечательностях Дорсета.

– Вряд ли я смог бы разговаривать с вашей женой на исторические темы, – продолжал Лансдаун. – Она не стала бы меня и слушать. Для нее это было бы сущим наказанием. А вот ее сестра с удовольствием поддержала бы подобную беседу. Она обожает науки и увлекается историей, литературой и языками.

У Адриана вдруг гулко застучала кровь в висках.

– Языками? – переспросил он.

–Да, я слышал, что она владеет несколькими иностранными языками, в том числе древними. Она читает и пишет на греческом и латыни, что, согласитесь, необычно для женщины.

Адриан внезапно вспомнил записку, которую нашел в кармане Кита несколько недель назад. В ней был перевод на латынь.

А Лансдаун тем временем продолжал болтать. Однако его голос доносился до Адриана как будто издалека.

– Вас, наверное, удивляет, что я так хорошо знаю об увлечениях леди Вайолет. Дело в том, что мне много рассказывала о ней моя кузина Генриетта. Она и ваша свояченица являются членами женского литературного общества и часто вместе ходят на разные лекции. Генриетта говорит, что леди Вайолет постоянно занимается самообразованием и обладает обширными знаниями. Поэтому неудивительно, что она до сих пор не нашла себе мужа. Хотя она внешне точная копия вашей жены, сестры разительно отличаются друг от друга по характеру и интересам. Вы сделали правильный выбор, Рейберн.

Внезапно в голову Адриана пришла сумасшедшая мысль. Но нет, этого просто не могло быть…

– Что с вами, Рейберн? – озабоченно спросил Лансдаун. – Вы внезапно побледнели. Вас что-то насторожило в моих словах?

«Насторожило – это мягко сказано», – с горечью подумал Адриан, поднимаясь из-за стола.

– Простите, Лансдаун, но я вдруг вспомнил, что меня ждут неотложные дела. Я… я должен идти. Прощайте.

– Ну конечно, старина! Не стоит извиняться. Не беспокойтесь обо мне, я прекрасно проведу время за бокалом кларета.

Адриан направился к выходу из зала, тут же забыв о Лансдауне.

– Я велю подать ваш экипаж к крыльцу, ваша светлость, – сказал дворецкий.

– Передайте моим людям, чтобы они ехали домой. Я хочу пройтись пешком. – Адриан надел пальто.

– Пешком, ваша светлость? В столь позднее время?

Не сказав больше ни слова, герцог вышел из клуба и быстро зашагал в ночь. Было холодно и темно. У Адриана голова шла кругом от мыслей, которые казались ему безумными. Нет, он никак не мог поверить в то, что женился не на Джанет, а на ее сестре. Близнецы не посмели бы поменяться местами. Это слишком большая дерзость! Робкая и застенчивая Вайолет никогда бы так не поступила. Она обычно в его присутствии постоянно запиналась и едва могла вымолвить несколько слов.