— Мысль хорошая. В Душанбе проблем не возникнет, а вот собрать меня помоги. Придется посещать Совмин — надо погладить костюм и рубашки. Наверное, давай сделаем так: сейчас едем к тебе в гостиницу — забираем необходимые вещи, потом ко мне домой. Приготовите с Наташей ужин, а я заеду за таджиками. Посидим у нас, а то Наташка вообще обидится. Заодно я ее подготовлю к мысли, что она останется с тобой. Да, Гриша, меня здесь заменит Саша. Это у него в первый раз, помоги ему в случае чего.

— Я же сказал, чтобы ты ни о чем не волновался. Все будет лучше, чем при тебе.

— Да, ребята, еще просьба. Я обещал Наташку сводить в цирк. Достаньте билеты, и пусть они с Оксой сходят.

— Это я беру на себя. В субботу с моей женой пойдем все вместе в цирк, а в воскресенье вечером в ТЮЗ, — пообещал Михаил Абрамович.

— Родик, не теряй времени и выбрось все плохое из головы. Кстати, могу тебя порадовать. Вчера райисполком вынес решение о регистрации нашего товарищества. Правда, назвали его не товариществом, а обществом, сославшись на пятьсот девяностое постановление, но это не принципиально. Как раз к твоему возвращению подготовим пакет документов по совместному предприятию, а те вопросы, которые мы обсуждали, я согласовал. В целом все положительно, хотя есть несколько условий. Думаю, их можно принять.

— А что за условия?

— Потом. Не забивай себе голову.

— Ладно, я погнал, а то действительно ничего не успею. Всем большой привет. Завтра из аэропорта позвоню.

Оставив Оксу дома, Родик отправился в гостиницу «Россия». Абдулло Рахимович обрадовался приглашению в гости — по его словам, он очень соскучился по домашней пище.

— Салом, апа [65] , по запаху чувствую, что делается плов, — входя в квартиру и протягивая Оксе корзину с фруктами, вместо приветствия сказал Абдулло Рахимович.

— Стараюсь делать, — улыбнулась Окса. — Специально привезла пенджикентский рис и хлопковое масло.

— Не женское это занятие. Хорошо, что рис еще не закладывали. Давайте мы с моими сотрудниками продолжим и завершим, а вы занимайтесь своими делами.

— Абдулло Рахимович, не беспокойтесь, вы в гостях, проходите в столовую. Закусим и выпьем. Кстати, знакомьтесь — это моя дочка Наташа.

— О, совсем взрослая, уже почти невеста. Очень приятно. А у меня сын тоже взрослый. Почему не берете дочку с собой в Душанбе?

— Давно ей обещаю. Она очень хочет поехать, я ей много рассказывал, но все как-то не получается. А сейчас неспокойно, да и учебу оставить нельзя.

— Завтра сами убедитесь, что опасностей никаких нет и учеба не сбежит.

— Наташа, покажи Абдулло Рахимовичу и его сотрудникам наши коллекции, а я пока соображу по поводу спиртного…

Пока гости рассматривали камни и ракушки, Родик наполнил рюмки.

— Товарищи, проходите к столу. Предлагаю до плова выпить и чуть-чуть закусить.

— Родион Иванович, у вас очень интересные коллекции, — держа раковину мурекс, похожую на скелет рыбы, похвалил Абдулло Рахимович. — А из чего делают вот такие чудесные вещи?

— Их не делают. Их создает сама природа. Вы держите в руках обычную ракушку, — мягко, чтобы не обидеть гостя, пояснил Родик, удивившись в душе такой необразованности заместителя министра и будущего кандидата наук, а вслух предложил: — Давайте выпьем за солнечный Таджикистан, чтобы люди там жили спокойно и богато, а радушие и гостеприимство не уходили из их домов.

Таджикистан встретил Родика желто-голубой неподвижностью и зыбкой тишиной листопадной осени. Почти пустое взлетное поле, окруженное серо-коричневой грядой холмов, подчиняясь каким-то оптическим иллюзиям, меняло очертания в мареве искаженного жарой и солнцем пространства, как будто пытаясь вырваться в глубокое голубое небо. Неопределенного цвета пирамиды деревьев, дополняющие этот неподвижно-подвижный пейзаж признаками фантастической нереальности, вызвали в душе Родика целую гамму чувств. Он даже невольно остановился, мешая суетливому движению сходящих с трапа пассажиров, и перевел взгляд в сторону города, заслоняемого зданием аэровокзала. Все выглядело по-прежнему сонно, и сонливость эту совершенно не нарушало движение прилетевших и встречающих.

Родик с трудом заставил себя вернуться к действительности и оказать необходимое внимание своему спутнику. Он произнес несколько дежурных фраз, приятных любому человеку, на родную землю которого вступает гость.

Сходя с трапа, Родик увидел за ограждением Сергея Викторовича, приветливо машущего рукой. Проследив за взглядом Родика, Абдулло Рахимович предложил: «Родион Иванович, поедемте сразу ко мне. В вашем распоряжении будет целый дом. Сергея Викторовича отпускайте. Пусть отдыхает».