— Как быстро вы можете связаться со своим начальством?

— Ну-у-у…

— Амулеты?

— Кас, ты же понимаешь…

— Понимаю, Дрогх. Очень хорошо понимаю. Поэтому для начала организуйте-ка мне канал для связи. С тем, кто может хоть что-то решать самостоятельно. На всякий случай.

— А ты ещё долго здесь будешь?

— Несколько дней. Если не успеете, отдайте Низгатору. Вон он сидит, — теперь кивнуть аккуратненько. Ага. — Скажите, что для меня.

— Хорошо, Кас. Постараемся. И… извини, что так получилось… Светлого дня тебе.

Следующим нашим собеседником стал купец. Мы к нему сами подошли. Причём как положено: поздоровались, спросили разрешения… Угу, а потом слушали, как ему неловко отвлекать таких важных нас пустяковыми заботами такого ничтожного его. Долго слушали, полкружки выпить успели. Могли бы и всю, но у Сергея терпение закончилось, и он влез в первую же паузу:

— Уважаемый Аерис, может быть, вы просто скажете, что именно вас беспокоит?

Торговец, сбитый с какой-то важной мысли, тут же попытался вдохнуть ещё раз. Не выдохнув после предыдущего. И застыл, хлопая глазами и медленно багровея. Н-да. И физиономия у него стала… м-м-м… забавная.

А вот сдавленного хихиканья, долетевшего со стороны местных, мы не оценили. Так что крепкий широкоплечий человек (именно человек) на вид лет тридцати, сидевший через стол слева, после нашего взгляда поперхнулся и закашлялся. Угу. А нечего! Если такой смешливый, пойди, вон, над легионерами похихикай.

Тут всё было просто: истерики коменданта — точнее, их проявления — очень сильно мешали некоторым сторонам бизнеса уважаемого торговца. Да и не только его. И дяденька набрался наглости попросить Великих Нас как-то разрулить тему. Ну, нам не трудно. Тем более что почти всё уже сделано, осталось только сплавить капитана на материк. Кстати, вот с этим вопросом Низгатор явно может помочь — есть же у него знакомые среди контрабандистов? Наверняка есть. Вот пусть и передаст им нашу просьбу поработать перевозчиками. А ещё — напряжёт здешних своих знакомых аккуратно присмотреть за сержантами. Просто присмотреть, не вмешиваясь. Ну, разве что их убить попробуют. Строго говоря, лично меня последнее устроило бы больше всего. В смысле, их потом можно будет спокойно себе забирать. Не в разведку, нет — в Особую.

Ночью этот недогоблин опять пристал со своей магией! Он, оказывается, почти все заклинания успел переделать! Ну, кроме того самого вызова духов. И два часа издевался, заставляя меня их учить. И хорошо бы, если б упрощал, так нет: следилку и упокоение, наоборот, усложнил. И «кислоту» свою любимую. Правда, толку с них теперь побольше будет, конечно, но это когда ещё, а? Правильно: когда мы сумеем лепить новые плетения так же быстро, как и старые. Угу. То есть несколько беспокойных ночей мне точно обеспечено. И ведь что самое противное — в последние дней пятнадцать этот нехороший тип по утрам не возмущается! В смысле, так, чтобы я слышал. За щитами — Тьма его знает, мы туда друг к другу не лезем…

— Светлого дня, почтенные, — Кас, свежевыбритый и чем-то до ужаса довольный, остановился у стола, за которым завтракали жрец и его сопровождающие. — Позволите присоединиться?

— Светлого дня, брат Казус, — улыбнулся Кастониус, — конечно, присаживайтесь. Как отдохнули?

— Хорошо, благодарю вас, — Людоед ненадолго отвлёкся, заказывая служанке кашу и отвар, а затем опять повернулся к храмовникам: — А как вам спалось на новом месте?

— Прекрасно, брат Казус, — усмехнулся жрец.

— Вот и хорошо, почтенные, потому что нам здесь предстоит немного задержаться.

— Задержаться? — Кастониус удивлённо приподнял брови.

— День-два. Может быть, три, — Кас благодарно кивнул девушке, поставившей на стол тарелку и кружку. — Зато потом пойдём до самой Амены. На шхуне, — он зачерпнул кашу ложкой и с сомнением посмотрел на виднеющиеся в ней кусочки рыбы. — Собственно, эту шхуну мы и ждём.

Корабль пришёл вечером, а на следующий день за два часа до захода солнца мы отчалили в направлении столицы. Посудинка отказалась так себе — длиной метров двадцать, а то и меньше, две мачты, надстройка-развалюха… Н-да. И с тёмно-серыми парусами. Крас-савица, едрит её! И название романтичное — «Дочь Удачи».

Если бы не привычка к лодочным путешествиям, хрен бы мы на это корыто влезли: от партнёра при его виде такая волна пошла! Хорошо ещё, мы это чудо местного кораблестроения на подходе углядели — было время успокоить особо нервных. Правда, из-за них же (из-за него, если совсем честно, но не тыча пальцем) пришлось устраиваться в трюме, с остальными. Ага. В гамаке. Нет, можно было, конечно, кого-нибудь из каюты выгнать, но это уже мне не понравилось. И так капитан свою Кастониусу отдал (кстати о капитане — колоритнейший мужик! Не Волк Ларсен джеклондоновский, конечно, но близок, близок… Во всяком случае, когда командует). Он вообще, узнав, кого везти придётся, чуть в осадок не выпал: два кольценосца и Верховный Жрец! Но это потом было, а сначала мы познакомились с представителями команды…