Меня все это не трогает. «Эмпайр Стейт Билдинг» – самое высокое здание в мире. Его я видел в кино. Оно стоит в центре Нью-Йорка. О нем пишет Поль. И до остальных зданий мне нет дела, какими бы они ни были высокими.

Наконец мы входим в лифт. Через несколько секунд я ощущаю, что у меня заложило уши. На табло отсчета этажей отмечается только каждый десятый. Для подъема от пятидесятого до шестидесятого этажа потребовалось всего несколько секунд. Вот бы видел меня Поль в эту минуту! Меня так и подмывает захлопать в ладоши.

Вид просто удивительный. Все как на ладони. Море. Город. Горы на горизонте.

Мой брат любит делать все систематически. Он не спеша читает путеводитель, где сказано, что где находится с разных сторон.

Он хочет мне все показать и объяснить, но я уже улизнул.

Найдя телефон и убедившись сначала, что брат меня не видит, я набираю номер телефона-автомата на первом этаже. Когда там кто-нибудь возьмет трубку, я собираюсь спросить у него или у нее, знают ли они о том, что у меня наверху время идет немного быстрее, чем у них внизу.

Телефон звонит долго.

Никто не отвечает.

Чертовски обидно.

Я решил еще немножко подождать.

И вот какой-то мужчина снял трубку.

— Hello? – говорит он.

— Hello. I'm calling from the top of the building, – говорю я.

– Yes? – отвечает он вопросительно.

– Are you aware that the time runs slightly faster at the top than it does at the bottom of this building? – задаю я вопрос.

– No, – отвечает мой собеседник.

– Well, it does, – сообщаю я.

– All right, – отвечает незнакомец.

– Are you impressed? – спрашиваю я.

– Not really, – говорит он.

– But that means that time doesn't exist, – говорю я.

– Oh yeah? – говорит он.

– So what do you think? – спрашиваю я его.

– I couldn't care less, – говорит мой собеседник и вешает трубку. [ 41 ]

Вот дурак!

Чтобы утешить себя после такой неудачи, я опускаю монетку в одну из подзорных труб и направляю ее вниз на улицу. Улица так и кишит людьми и машинами.

Я вижу человека, выходящего из банка. Он пытается поймать такси, поглядывая на свои часы.

Он похож на любого из нас. Самый обыкновенный человек. Наверняка у него есть жена и дети и домик где-нибудь в пригороде. Он старается делать все как можно лучше.

Я слежу за ним в подзорную трубу, думая про себя: «Вот я тебя вижу, а ты меня нет. Мы с тобой никогда не встретимся, но я хочу, чтобы ты знал одну вещь. Мое время идет иначе, чем твое. Наше время не совпадает. У тебя свое время, и у меня свое. Мой миг отличается от твоего. И знаешь, что это значит? Это значит, что времени не существует. Повторить тебе еще раз? Времени нет. Есть жизнь и смерть. Есть люди и животные. Есть наши мысли. И мир существует. И Вселенная. А времени нет. Можешь не волноваться по этому поводу. Ну как? Тебе от этого лучше? Мне стало лучше. Все будет хорошо. Удачи тебе, приятель!»

Я провожаю его взглядом, пока он не скрывается из глаз.

Затем я направляю подзорную трубу вверх, выше небоскребов, все выше и выше. В небо. И ощущаю, как по всему телу разливается приятное чувство.

Ну вот, вроде бы и хватит.

Больше уже ничего нельзя из этого выжать, пора и остановиться.

Я и без того обрел такую хорошую перспективу, о какой и не мечтал.

Я достаточно всего повидал.

И мне есть к чему вернуться.

Лиза.

Телефонная песенка о кисаньке.

Ожидаемый ответ Поля.

Целых три дела.

Сегодня мой последний день в Нью-Йорке.

Я покупаю игрушечную машинку для Бёрре. Машинка зеленая, ее можно завести, и тогда она будет ездить по полу.

Для Кима у меня есть книжка о погоде в Нью-Йорке, а для Лизы я покупаю карманный калейдоскоп.

В нем двадцать четыре узора. И если смотреть в него, то все, даже самые банальные вещи, превращается в нарядные узоры.

Это невольно заставляет меня изменить мой взгляд на вещи, казавшиеся мне раньше такими обыденными, что я их как бы не замечал.

Взять, например, моего брата. Через калейдоскоп на него очень весело смотреть.

Видишь его по-новому.

Калейдоскоп должен понравиться Лизе.

Для подарков это и есть самое главное.

Маленький подарок иногда бывает лучше большого. А средние, как правило, вообще оказываются ни то и ни се.

По пути домой мне встречается группа рабочих, которые спиливают старые деревья и кустарники и сажают на их место новые. На тротуаре уже лежат наготове большие деревья и только ожидают того, чтобы их посадили в землю.