Но всё это наваждение прошло, когда часы с маятником начали бить семь часов (интересно, всё здесь сделано по личному вкусу Серафимы?), и в тот же момент раздался звонок в дверь. Я так и замерла на месте, не в силах сдвинуться.

– Что с тобой?
– говорить самой с собой вошло в привычку, - Иди, открой ему дверь с высокоподнятой головой и скажи, что он мог бы принарядиться для свидания!
– на этот раз обращение в свой адрес произвела нужный эффект.

Нарочно медленно, с фразой "Кого там принесло?", я отварила дверь, прячась за ней. На пороге стоял Рейг. Только вот из меня дух вон вышибло, когда я поняла, что улыбка у него от Томми. Та самая, скромная, жутко милая и невыносимо обаятельная. Такая всегда предназначалась девушке, с которой он хотел познакомиться или Келли. Разве теперь она может быть адресована мне?

– Привет, - поздоровался он, протягивая мне красиво упакованную корзинку. А я взгляд не могла перевести на её содержание. Парень выглядел отлично в белой футболке выгодно подчёркивающую спортивную фигуру, поверх которой была надета распахнутая чёрная рубашка с еле заметным серебристым рисунком, чёрные брюки и ботинки. Наверное я ещё не научилась должным образом управлять телом, потому что у меня подкосились колени.

– Здравствуй, - я с трудом выбралась из-за двери, до этого прикрывающую меня, - Это мне?
– тупо спросила я, уставившись на протянутую корзинку. Ответа не поступило, поэтому я взглянула на подопечного, тот не отрываясь смотрел на меня.
– Томми, это для меня?
– у меня даже в груди закололо от того, как я к нему обратилась.

– Да, - кивнул он, опуская глаза. А ведь он даже не поправил меня, не попросил называть Рейгом. Я с излишним интересом принялась рассматривать корзину. Цветов там явно не наблюдалось, она была полна апельсинов, мандаринов, грейпфрутов и лимонов. Я так и засияла. Оранжевое и жёлтое. Пусть и не цветы.

– Креативно, - прокряхтела я, пытаясь поставить корзину в дом. Рейг как галантный кавалер сделал это за меня так, что наши тела чуть не соприкоснулись. Но от того, что этого так и не случилось, электричества в воздухе меньше не стало, и я поспешно сделала шаг назад. Эта часть его души во мне делает уж слишком невероятные вещи.

– Тебе понравилось? Я подумал, что обычный подарок для тебя это...

– Скучно? Ты прав. Оранжевое и жёлтое, пусть и не цветы, мне очень понравилось, спасибо, - всё внутри меня наполнилось странным тёплым и тягучим чувством, по всему телу словно запорхали бабочки. Нежность. Вот что за чувство.

– Может, возьмём парочку с собой?
– пока я не закрыла дверь шутливо предложил парень. Но я неординарная личность, взяла и выудила из пакета несколько мандаринов и пару апельсинов, тут же спрятав их в объёмных карманных куртки и широких голенищах сапог.

– Чаще думай над тем, что говоришь, я люблю всё воспринимать буквально, - подмигнула я и, закусив губу, чтобы не засмеяться, пошла вдоль дорожки.
– Куда мы идём?
– честно сказать мне было всё равно. Главное, что мой подопечный рядом. В том смысле, что он не с дьявольской троицей. Наверное...

– Для начала в машину моей мамы, а потом увидишь, - мы так и сделали, вначале загрузились в машину Уитни, так хорошо мне знакомую, что я заботливо провела руками по приборной панели, а затем двинулись в сторону города.

– У тебя такой вид, будто бы ты сейчас признаешься в любви этой тачке, - я заметила, как нервно подрагивала рука парня на коробке передач. Он волнуется? С чего это? Наверное из-за того, что едет в одной машине с очень необычной особой, которая периодически бестактно врывалась в его сны.

– Просто люблю эту марку.

– Это отстой, - тоном знатока фыркнул Рейг, а я рассмеялась.

– Ну, тебе конечно лучше знать, - закивала я, - Просто дело не в движке или лошадиных силах, а в воспоминаниям, что она хранит, - прошептала я, а потом поняв, что несу, добавила, - У моей бабушки была такая же машина, - я провела указательным пальцем по маленькой дырке на обивке. Когда Томми было шестнадцать, его друг Бон закурил в машине. Они стояли на парковке перед супермаркетом, из которого как раз выходила мама Бона, тот растерялся и сигарета выпала из его рук. Рейг тут же поведал мне эту историю, правда немного в другой трактовке.

– Это курил мой друг, а потом шокированный уронил сигарету, когда его за этим застала мать, - с ностальгической улыбкой произнёс он.

– Зн...- я чуть было не сказала "знаю", но осеклась, - Занятно. А ты тоже курил?

– Нет, это дело не по мне, - он отвратительно поморщился. Ну да, а напиваться и разгуливать по сомнительным заведениям как раз для него. Я незамедлительно высказала своё возмущение:

– Ну да, а приходить домой еле-еле волоча за собой ноги, это значит по тебе, - сухо намекнула я на вчерашний инцидент. Мой подопечный, будучи бы прежним парнем, непременно смутился бы, но сейчас он был неманерен такого делать:

– А тебе-то какое дело? Ты современное воплощение Матери Терезы?
– явно не собирался стыдиться своего поведения парень. Я тут же разозлилась и не нашла ничего лучше, как запустить парню в голову мандарин, выуженный из голенища высоких ботинок. От неожиданного удара Родфорд на секунду оторвался от дороги и мы чуть было не вписались в какой-то грузовичок.

– Чёрт, ты соображаешь что делаешь?
– взревел Рейг, сбавляя скорость и почёсывая место удара. Я наверное совсем не соображала, потому как просто рассмеялась над ним, за что получила убийственный взгляд.