— Вы когда-нибудь слышали о «Хезболле»? — спросила она у Дигу.

— Конечно! — Он глубоко затянулся. — Кто же не слышал?

Марко пристально посмотрел на Алекс.

— А почему вы этим интересуетесь?

— Я читала, что Циннер имеет к ним какое-то отношение.

— Где вы про такое читали? — удивился Дигу.

— Не помню. Кажется, «Хезболла» внедрилась в Бразилии, особенно развила деятельность на ничейной территории, граничащей с Парагваем и Аргентиной. Они замешаны в отмывании денег.

— Может, и так, — согласился Дигу. — Но Циннер не может иметь с ними ничего общего. Он еврей.

— Правда? — удивилась Алекс. — Откуда вы знаете?

— Циннер — еврейская фамилия. Странно, что вы не в курсе.

Алекс пожала плечами.

— Ну, извините.

— Я слышал в Бразилии, что Мигель Циннер один из крупнейших финансовых патриотов Израиля. И в Соединенных Штатах это говорят. Он и в самом деле довольно религиозный человек. — Дигу затушил сигарету. — Он никак не может быть связан с одной из наиболее радикальных антисемитских организаций в мире.

Первое, что сделала Алекс, вернувшись в свой номер, — позвонила Руди, чтобы сказать: повода для паники нет, нужно лишь немного подождать, пока деньги со счета Магды будут переведены на Кипр, и все закончится.

Странно, но Руди не отвечал ни по одному из номеров. Она оставила сообщение, вкратце описав то, что узнала.

Потом Алекс решила позвонить Магде, удостовериться, что с ней все в порядке, что Руди сдержал слово и не стал ей звонить до получения вестей от Алекс.

— Благодаря тебе я переживаю лучшую пору своей жизни, — восторженно изливала свои чувства Магда. — Прямо сейчас мы с друзьями, с теми, кто еще не сыграл в ящик, устраиваем небольшую вечеринку в моей квартире. — Алекс узнала музыкальный фон: Ширли Хорн. — Я уже давно так не веселилась. — Магде приходилось кричать, чтобы ее было слышно. — Очень жаль, что ты не можешь к нам присоединиться.

Алекс оглянулась и увидела, что Марко раздевается. Он улыбнулся ей в ответ и перешагнул через свои брюки.

— Мы все идем сегодня в ресторан, — продолжала Магда. — Я веду своих старинных друзей в «Голубую ноту». Мы будем гулять, как будто это в последний раз.

— Здорово, веселитесь! И будьте осторожны!

— Обязательно буду. Кстати, у тебя есть телефон господина Тоблера? Я бы хотела поблагодарить его за все, что он для меня сделал, за то, что передал счет.

— Знаете, лучше пошлите ему письмо. — Алекс наблюдала, как Марко выскользнул из рубашки. У него было сногсшибательное тело. — Сейчас Руди очень занят. Лучше его не беспокоить.

— Ладно. Можешь дать его адрес? Я напишу ему письмо.

— Вот и славно. Дом номер восемь, а улица… одну секундочку. — Алекс достала свой ноутбук и открыла его, чтобы проверить адрес Руди. — Нэгелиштрассе. Продиктовать по буквам?

— Не нужно, — прервала ее Магда. — Если ты не забыла, я говорю по-немецки.

— Точно, я забыла. — Во время разговора Алекс стала закрывать документы, «висевшие» открытыми на экране, включая статьи о Мигеле Циннере, которые она загрузила сегодня утром.

— Я бы хотела пригласить его в Нью-Йорк, — стрекотала Магда. — И тебя тоже, чтобы отпраздновать. Как тебе идея? Я поведу вас в лучший ресторан города. В этот раз никаких хот-догов — обещаю!

— Спасибо, Магда. Идея замечательная. И помните — что бы ни произошло, вы в любое время можете мне позвонить и оставить сообщение. — Алекс продиктовала Магде номер рабочего телефона. — Он начинается на 800, звонок бесплатный.

— Не беспокойся, дорогая, — захихикала Магда. — Для меня больше не существует проблемы с междугородними звонками. Теперь я миллионерша, ты не забыла?

— Знаю. Это ведь отлично! — Алекс увеличила изображение на экране компьютера. Мигель Циннер выглядел именно так, как описал его Дигу, — громадный, как сарай, с самым большим «ролексом», какой только доводилось видеть Алекс. Циннер стоял рядом с коренастым смуглым мужчиной, не брившимся как минимум три дня. Подпись под снимком гласила, что это Жозе де Суза. Их обоих окружала небольшая толпа, на многих мужчинах была военная форма. Над ними развевался плакат со словом «инаугурация».