— Да, я познакомлю тебя с ней! — вслух произнесла Яна и добавила, увидев просиявшее лицо Данилы: — При условии, что на свою свадьбу свидетельницей вы пригласите меня! Мне понравилось смотреть на влюбленных, как на плоды своего труда! Возможно, я в прошлой жизни была свахой…

Яна перевела взгляд на уже посиневшего Ричарда в удушающих объятиях разгоряченной блондинки и поняла, что ей надо вызволять мужа из этого плена. Тут верхний свет в банкетном зале погас, и на середину зала выкатили огромный свадебный торт со свечками. Гости зааплодировали и засвистели, раздались возгласы:

— Браво! Горько! Ура!

Дальше Яна не совсем поняла, что произошло, но внезапно одна из декоративных колонн накренилась и рухнула всей своей тяжестью прямо на торт, обрызгав собравшиеся вокруг пьяные, сытые лица взбитыми сливками и кремом. Так как упавшая колонна была связана с гирляндами из воздушных шариков, то все колонны по цепной реакции начали падать одна за другой на обезумевшую, заметавшуюся толпу. Люди бросились врассыпную, пытаясь увернуться от декораций. В зале началась всеобщая паника. Пламя со свечек торта быстро перенеслось по колонне на шелковые многоярусные портьеры на высоких окнах. Занавески вспыхнули мгновенно, словно были изготовлены из бумаги, пропитанной бензином. Запахло гарью, погас свет, так как выбило пробки. Женщины визгливо закричали.

«Ну, Данила-мастер! Художник-оформитель, мать твою!» — подумала Яна, потом со вздохом оторвала от стены огнетушитель и с криком: «Поберегись!» — ринулась в гущу пожара.