Шрифт:
Эта же газета в том же номере опубликовала заявление военных:
«Фронт требует подчинения Временному правительству
От имени армии фронта мы требуем немедленного прекращения большевиками насильственных действий, отказа от вооруженного захвата власти, безусловного подчинения действующему в полном согласии с полномочными органами демократии Временному правительству, единственно способному довести страну до Учредительного собрания — хозяина земли русской.
Действующая армия силой поддержит это требование.
Начальник штаба Верховного Главнокомандования — Духонин.
Помощник нач. штаба по гражданской части — Вырубов.
Председатель общеармейского комитета — Перекрестов»237.
Ленин, так долго говоривший и призывавший к превращению войны империалистической в войну гражданскую, мог почувствовать, прочитав заявление Предпарламента, ее смертоносное дыхание.
В книге поэтессы Зинаиды Гиппиус о своем муже Дмитрии Мережковском есть строка о днях, которых мы коснулись только что. «…Вот холодная, черная ночь 24–25 октября. Я и Д.С (Дмитрий Сергеевич Мережковский. — Д.В.), закутанные, стоим на нашем балконе и смотрим на небо. Оно в огнях. Это обстрел Зимнего дворца, где сидят „министры“. Те, конечно, кто не успел улизнуть. Все социал-революционеры, начиная с Керенского, скрылись. Иные заранее хорошо спрятались. Остальных, когда обстрел (и вся эта позорная битва) кончился, повели пешком, по грязи, в крепость, где уже сидели арестованные Керенским, непригодные большевикам или им мешавшие люди.
На другой день, черный, темный, мы вышли с Д.С. на улицу. Как скользко, студено, черно… Подушка навалилась — на город? На Россию? Хуже…»238
Так восприняла эти дни известная русская писательница: «скользко, студено, черно…». Гиппиус не знала, что демократию в России на последнем ее рубеже, в Зимнем дворце, защищали лишь «ударницы» из женского «батальона смерти», несколько рот зеленой юнкерской молодежи и 40 георгиевских кавалеров во главе с капитаном на протезах…
А Ленин, выслушав в это время доклад Троцкого о его «военной хитрости в момент открытия генерального боя», нараспев, весело, возбужденно проговорил:
— Вот это хо-ро-о-шо-оо! Это очень хорошо!
«Военную хитрость Ильич любил вообще, — вспоминает Троцкий, — обмануть врага, оставить его в дураках — разве это не самое разлюбезное дело!
— Лишь бы взять власть!»239
Комиссары и Учредительное собрание
Русская революция, и я об этом говорил, словно оглядывалась постоянно на революцию французскую. Вожди русской революции бредили образами той, давно отгоревшей во Франции. Считалось признаком хорошего тона использовать в речи, сравнения с Робеспьером, Маратом, Карно, Дантоном, Дюмурье. Формула-лозунг «Отечество в опасности» словно передана с городской ратуши Парижа на площади Петрограда. Пришли в российскую жизнь и комиссары — лица, «уполномоченные революцией». Много комиссаров. Скоро «сотрудник ЧК» и «комиссар» станут главным олицетворением советской власти. И первое советское правительство, которое тоже вначале было временным (предполагалось — до созыва Учредительного собрания), называлось «Совет Народных Комиссаров».
Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов принял 26 октября постановление, написанное Лениным в тот же день. Утром Ленин предложил трем левым эсерам Е. Д. Камкову, В. А. Карелину, В. Б. Спиро войти в состав первого правительства. После совещания они отказались, так как считали вклад левых эсеров в дело переворота более весомым, чем три правительственных портфеля.
В постановлении говорилось, что «правительственная власть принадлежит коллегии председателей — т. е. Советам Народных Комиссаров.
В настоящий момент Совет Народных Комиссаров составляется из следующих лиц:
Председатель Совета — Владимир Ульянов (Ленин);
Народный комиссар по внутренним делам — А. И. Рыков;
Земледелия — В. П. Милютин;
По делам военным и морским — комитет в составе В. А. Овсеенко (Антонов), Н. В. Крыленко и П. Е. Дыбенко;
По делам торговли и промышленности — В. П. Ногин;
Народного просвещения — А. В. Луначарский;
Финансов — И. И. Скворцов (Степанов);
По делам иностранным — Л. Д. Бронштейн (Троцкий);
Юстиции — Г. И. Оппоков (Ломов);
По делам продовольствия — И. А. Теодорович;
Почт и телеграфов — Н.П Авилов (Глебов);
Председатель по делам национальностей — И. В. Джугашвили (Сталин).
Пост народного комиссара по делам железнодорожным временно остается незамещенным»240.
Через полгода лишь трое из членов первого правительства сохранили за собой эти посты: Ленин, Луначарский и Сталин. А через два десятилетия абсолютное большинство первых народных комиссаров будут физически уничтожены «учеником Ленина» — Сталиным.