Агриппина Павловна закашлялась, а потом вдруг зарыдала, кинувшись на плечо Карлу.

– Что же такое происходит? Что еще за позор на нашу голову?

Карл обнял Агриппину Павловну за плечи и произнес спокойным голосом:

– Не нервничайте. Я уверен, что всему есть разумное объяснение. Сейчас я поеду в то отделение милиции и проясню обстановку.

– Точно! Тут какое-то недоразумение! – ухватился за эту мысль Борис Ефимович, как за соломинку. – Яночка уже столько раз попадала в нелепые ситуации! Наверное, произошла очередная глупая история.

Агриппина Павловна оторвалась от приятно пахнущего плеча князя и хлопнула себя по лбу со страшным звоном.

– Вот я идиотка! Как же сразу-то не догадалась? Я просто растерялась, увидев Яну в такой компании! Ей же недавно звонила Люся, а я случайно стала свидетельницей их разговора! – выпалила домоправительница, переводя дух.

Мужчины все обратились в слух, уж очень им хотелось найти уважительную причину странной ситуации, в которой оказалась Яна. Они даже не обратили внимания на интересный факт: как это можно случайно стать свидетелем чужого телефонного разговора?

– Ну так вот! Ее мать просила найти какую-то проститутку и помочь ей. Вроде как она дочка ее давнишней подруги! – выпалила Агриппина Павловна, обмахиваясь подносом, как веером.

– Так это все и объясняет! – облегченно вздохнул Борис Ефимович. – Яна поехала ее искать и попала вместе с девицами в милицию.

Нормальный цвет лица постепенно начал возвращаться к Карлу. Агриппина Павловна с долей жалости посмотрела на него.

– Хорошо, что выпили, профилактика инсульта проведена… Я вот только одного не понимаю: где она успела так напиться? Из дома выходила совершенно трезвой, фактически сутки ничего не ела. А тут глаза сфокусировать не может…

– Да мало ли где! – замахал руками Борис Ефимович.

– Прости, господи, проститутки ей, что ли, налили? – продолжала гнуть свою линию домоправительница, но, заметив, что князь снова начинает бледнеть, спохватилась: – Ладно, пойду сделаю вам мой фирменный воздушный омлет с беконом, помидорами и тертым сыром. А как вы хотели? Русские женщины, они такие! Очень душевные и отзывчивые! И в огонь, и в воду пойдут за другого человека! Вот и Яна наша снова пострадала. А если хотите жить спокойно, оставьте Яну в покое и женитесь на какой-нибудь принцессе! А уж мой мальчик Ричард, человек русской закалки, как-нибудь выдержит ее несносный характер.

Агриппина Павловна выдала все это и удалилась на кухню с гордо поднятой головой, бормоча себе под нос:

– Интересно, передачу еще будут повторять ночью или в сводке за неделю? Что бы мне такое придумать, если ее увидит кто-нибудь из моих подруг-сплетниц?

Словно в подтверждение ее слов, раздался телефонный звонок.

– Алло? – взяла трубку Агриппина Павловна. – Это ты, Маруся… – Лицо домоправительницы скривилось в недовольной гримасе. – Новости? Нет, не смотрела… Что ты говоришь? Яна? Ну что ж, не удивительно… – Голос ее звучал почти безразлично. – Она сейчас снова подрабатывает в детективном агентстве… Да, и была внедрена в ряды этих… ну, проституток… Нет, вовсе она не оригинально переживает развод, а была на задании. Не веришь? А зачем тогда звонишь?! – Дама в сердцах швырнула трубку. – Чертовка! Яна Цветкова на панели, сенсация квартала… Дура! Ох, Карл, не смотрите так на меня! Вы приехали очень некстати. Вернее сказать, принесла вас нелегкая.

Снова зазвонил телефон, и Агриппина Павловна нещадно выдрала телефонный шнур из розетки.

– Все! Нет нас! А ездить вам позориться никуда не надо. Тоже мне, продолжение фильма «Красотка»… Если наши догадки верны, милиционеры во всем разберутся и отпустят нашу красавицу!

Агриппина Павловна пошла на кухню греметь кастрюлями и противнями, а Борис Ефимович, уже боясь включать телевизор, предложил Карлу сыграть в подкидного дурака. Князь, заинтересованный доселе неизвестной ему игрой, согласился.

Яна открыла дверь своим ключом и тихо прошла в квартиру, скинув обувь в коридоре. В комнате она оказалась как раз в тот момент, когда Борис Ефимович радостно кричал: «Четвертый раз дурак!» и отвешивал чешскому князю щелбан.

– Вы что тут, совсем с ума посходили? – оторопела Яна, не сразу заметив, что мужчины просто играют в карты. Хмель из нее уже выветрился.

Карл встал и пошел к ней навстречу, раскрывая объятия.

– Добрый вечер, котенок!

– Здравствуй, дорогой! – Яна нырнула в его широкие объятия, и они поцеловались.

– Я очень скучал. Мы не виделись уже давно, – сказал Карл, потирая красный лоб. Видимо, Борис Ефимович хорошо играл в дурака на щелбаны.

– Всего три недели, всего три недели! – ответила Яна.

– И ты говоришь «всего»? Я каждый день скучал, и для меня эти дни тянулись ужасно долго.

Яна плюхнулась на диван, вытянув длинные ноги.

– Как я устала!

Агриппина Павловна заглянула в комнату.

– Здравствуй, дитя мое! Надеюсь, ты объяснишь всем нам, что означает твой дебют в теленовостях?