«Опять черт его несет! Не дает мне покоя», – подумала Яна.

– Дорогие дамы, приглашаю вас на маленькую частную ферму по переработке лимонов, – торжественно произнес Иван.

Он накинул поверх футболки легкую хлопковую ветровку, черные волосы его блестели на солнце, на смуглом лице сияла белозубая улыбка. Но чем он лучше выглядел и чем больше пытался услужить, тем больше раздражал Яну. Больше всего на свете она не хотела снова попадать в любовный треугольник.

– И что мы будем там делать? Есть лимоны? – спросила она.

– Скорее их пить, – ответил Иван.

– Они же очень кислые, – вступила в разговор Вера.

– Пойдемте со мной, девочки, – обнял их за талии Иван и повел вдоль аллеи в сторону от дома Яны. – На этой ферме, соседствующей, Яночка, с твоей землей, живет один очень интересный тип. Он всю свою территорию, а она немалая, засадил лимонными деревьями и выращивает эти прекрасные фрукты. Здесь, на юге Италии, такой климат, что за год снимают четыре урожая.

– Какое плодородие! Значит, этот «очень интересный тип», как ты выразился, продает лимоны? Выращивает их на продажу? – уточнила Яна, высвобождаясь из объятий Ивана.

– Его зовут Августо Пиколо, он коренной местный житель, ему шестьдесят лет, но учился он в Лондоне, поэтому говорит еще и по-английски. А продает Августо не лимоны, а продукт из них – наивкуснейший ликер, национальный напиток Италии, – подчеркнул Иван, – который называется лимончелло и который я очень советую вам попробовать.

Яну заинтересовало предложение Ивана, и она опрометчиво забыла о своей недавней мысли, что стоит ей настроиться на то, чтобы выпить и расслабиться, как происходит нечто ужасное. А зря…

Они шли проселочной сельской дорогой по землям Яны, неухоженным и без посадок плодовых деревьев. Солнце было очень знойным, а на небе, как назло, не наблюдалось ни облачка.

«Какая же все-таки здесь жара, – подумала Яна, – не то что лето у нас, в Москве, – месяц ждешь, когда кончатся дожди и станет тепло. И вот наконец-то – о чудо! – гидрометцентр объявляет, что во вторник будет двадцать пять градусов и наступит долгожданное лето, но тут же добавляет, что с четверга опять пойдут дожди и начнется значительное понижение температуры».

Яна покосилась на Ивана и поймала его взгляд.

«И еще этот археолог свалился на мою голову. Мало мне было разборок с Карлом, теперь этот знойный тип просто прожигает дырку в моей щеке. И так духота и дышать нечем!»

Когда они поднялись на пригорок, им стало нестерпимо жарко. Высушенная земля под ногами напоминала пыль и при каждом шаге поднималась вверх легким облачком. Дышать становилось все труднее, тропинка виляла то вниз, то вверх, раскаленный, тяжелый воздух давил на шею, голову, ватные ноги просто не шевелились, а сердце колотилось с бешеной скоростью. Не хотелось даже ничего говорить, и только Иван, видимо самый устойчивый из них, что-то еще рассказывал спутницам и пытался показать окружающий пейзаж.

От поверхности земли исходил вроде бы какой-то дым, словно из глубин выпаривалась последняя влага. Даже насекомые ленились летать над цветочками, жужжали неохотно, замедленно шевеля крыльями. Наконец путники вышли на обрыв, и их взгляду предстал живописнейший вид. Ухоженная, разделенная на аккуратные квадраты земля, словно лоскутное одеяло, небольшая речушка, петляющая, словно уж, и огромная лимонная роща, занимающая одну треть всего пространства. Вдалеке виднелся длинный одноэтажный домик с красной черепичной крышей.

– Вон ферма Августо, – махнул Иван рукой в его сторону, – только здесь крутой спуск, я помогу вам спуститься.

– Какая красота! – вздохнула полной грудью Яна.

– Ты здесь не была? – удивился Иван. – Это же совсем рядом с твоим замком.

– Да, надо было почаще приезжать сюда и обследовать окрестности, – согласилась Яна. – В настоящем райском местечке расположен мой дом. А жила я здесь всего неделю, в медовый месяц со своим мужем, и мы дом фактически не покидали. Да что там говорить, не покидали супружеское ложе! – тряхнула она длинными волосами, покосившись на Ивана.

– Ну и где же сейчас наш муж? – спросил Иван.

– Где ваш, не знаю, а мой объелся груш, – ответила Яна под легкий смешок Веры.

– Он любил груши? – растерялся Иван.

Настала очередь рассмеяться Яне.

– Это выражение такое, оно означает, что мы расстались.

– А, так ты свободна? – обрадовался археолог.

– Нет, у меня есть бойфренд! – подняла указательный палец Яна и с ужасом посмотрела на каменистую тропу, круто обрывающуюся книзу. – Интересно, а кто спустит меня вниз?