– Ублюдок! И ты заставил меня так страдать из-за Хьюго. Ты собирался сбежать с Розой.

– Я не сбежал бы, Эл. Это была пустая угроза. Я был в панике. Я бы только сбежал от себя.

— Так говорит доктор Хасселбалд? — угрюмо спросила Элис.

— А-а, — Джейк виновато опустил глаза. — Приемы у психоаналитика.

Элис мгновенно все поняла.

– Ты имеешь в виду, что не ходил на них? Ты вместе этого встречался с… Тарквином? — она отбросила волосы со лба. — Боже!

– Но, Элис, Тарквин оказался лучше, чем любой психоаналитик, — быстро заговорил Джейк. Голос звучал жалобно. — Он на самом деле помог мне узнать себя. Взглянуть на вещи, как я никогда не осмеливался.

– Как например? — устало спросила она.

– Для начала, что я просто идиот. Однажды вечером, когда мы с Тарквином ужинали…

– Ужинали? — Элис широко раскрыла глаза. За все время ее проживания в «Старом морге» они с Джейком ни разу не ходили никуда ужинать.

– Да, — он бросил на нее виноватый взгляд. — Боюсь, что мы делали это неоднократно. Ты тогда думала, что я приковываю себя цепями к мусорным урнам. Понимаешь, Тарквин очень любит хорошую еду…

– Он не единственный, — с вызовом заявила Элис.

– Ну так вот, мы сидели за столиком, и я рассказывал ему о моральных и этических последствиях его ужина на примере всего, что он собирался съесть, — продолжал Джейк. — Он помог мне увидеть, что я не улучшаю мир. Я просто раздражаю людей, когда они пытаются есть.

Элис смотрела на него ледяным взглядом.

– Знаешь, меня ничто из этого не волнует, — заявила она с внезапным пылом. — Я не хочу это знать. Это твое дело. Если честно, меня от тебя тошнит.

– Элис…

– Ты — негодяй, лицемер и бесстыдный манипулятор. Ты испортил мне жизнь, и не только мне.

— Элис. Пожалуйста. Я хочу, чтобы ты поняла: Тарквин помог мне все осознать. А что лучше всего, он помог мне стать честным с самим собой, — добавил Джейк. Голос его звучал искренне, да и глаза не лгали.

Теперь Элис так разозлилась, что не могла говорить. Как он смеет стоять здесь и петь дифирамбы своему дружку? Ей очень хотелось запустить в него чем-нибудь тяжелым.

Однако Джейк продолжал спокойно объяснять.

– Он помог мне осознать, что мне требовалось стать мужем и отцом, чтобы понять, насколько я никчемный муж и отец. А сейчас самое лучшее — это прекратить притворяться. Принять, что я не суперпапа и никогда им не стану.

– Понятно.

Теперь рука Элис коснулась банки из-под варенья на столе у нее за спиной. Банка была заполнена землей из сада и служила пресс-папье. Женщина медленно подняла ее, продолжая говорить. Голос ее дрожал от гнева.

– Значит, Роза и я была неким видом эксперимента?

– Именно так.

Элис подняла банку за спиной, готовясь бросить ее ему в лицо.

– Эксперимент! — рявкнула она.

– Эй, не сердись. Все хорошо. Тарквин помог мне понять, что если я такой, то лучше всего это признать и радоваться своим сильным сторонам.

Ее пальцы напряглись для броска.

– Элис, я веду к тому, что нет смысла продолжать жить в браке, — мягко продолжал Джейк. — Я думаю, что вам с Розой будет лучше без меня.

Банка из-под варенья рухнула на пол и разбилась. Земля рассыпалась во все стороны.

– Ты имеешь в виду?..

Он испуганно дернулся от шума и удивленно посмотрел на грязный пол.

— Э-э-э… да. Ты можешь развестись со мной из-за прелюбодеяния. Или из-за неадекватно го поведения. Или того и другого. Или на каких-то еще основаниях, которые ты выберешь. Я не стану это оспаривать. А после того как мы разведемся, ты можешь выходить замуж за кого угодно. Даже за этого скользкого ублюдка Хьюго, — Джейк улыбнулся. Но Элис еще не была готова к шуткам.

– Роза? — У нее так пересохло в горле, что она едва выдавила из себя звуки.

– Очевидно, что она будет жить с тобой. Но мы должны договориться о моих встречах с ней. Я думаю, что теперь готов стать хорошим отцом. Я имею в виду, что на этот раз все будет по-настоящему. Все будет правильно. И, естественно, я буду платить алименты. «Собери и используй!» станет коммерческим проектом. У Тарквина есть несколько интересных идей. Это будет настоящий бизнес. Мы планируем работать по нескольким направлениям. Вскоре твой вклад в дело окупится. О, Элис, журнал был в таком ужасном состоянии! Но я надеюсь, что теперь…