— Но ты же едва меня знаешь, — заметила она. — Нас словно закрутил вихрь, правда?

— Некоторые вещи происходят очень быстро, Элис. И некоторые вещи просто… правильные. По ощущениям это как раз то, что нужно.

Элис уставилась в воду.

— Это так внезапно.

— Возможно, для этого есть основания, — мягко произнес Джейк. — Нужно плыть по течению, Элис.

Элис провела рукой по воде. Вода, пробегающая у нее между пальцев, казалась холодной и шелковистой.

В чем она сомневается? Он мгновенно прилетел, даже не зная, что она беременна, и сразу же выразил готовность взять на себя ответственность, когда узнал. Сколько еще мужчин поступили бы таким образом?

И еще его взгляды, его увлеченность делом. Она любила его за его заботу, его энергию, его веру, за то, как он умел тряхнуть волосами, и за блеск его глаз. Он разжег в ней дремлющий идеализм, о существовании которого она не подозревала. Жизнь с Джейком — и, конечно, с ребенком — будет иметь смысл. Она будет важной, полезной и очень сильно отличаться от тривиального мира нью-йоркского издательства, занимающегося выпуском глянцевых журналов. И это не упоминая мир нью-йоркских юристов, готовых всадить нож в спину… Элис решила, что пришло время выйти из бешеной гонки за карьерой.

Также имела значение и внешность Джейка. Элис подумала о ней в последнюю очередь, хотя этот вопрос являлся не менее важным. Сколько еще мужчин так же красивы или могут довести ее до пика блаженства несколькими поглаживаниями чувственной, знающей руки? Что же еще она хочет? — Наверное, все это было даже слишком, — в конце концов призналась она. — Все эти неожиданности. Все очень сложно.

— Если ты хочешь так на это смотреть. — Он протянул руку к ее лицу и приподнял его. Его глаза светились искренностью. — Но что касается меня, вся моя жизнь в твоем распоряжении и в распоряжении ребенка. Что в этом такого сложного?

— Ничего, — признала Элис после паузы.

— Тогда увольняйся завтра.

Начальница отдела кадров внимательно оглядела Элис из-под прикрытых век. Ей было за сорок. У нее имелся двойной подбородок, и обычно она смотрела на мир с недовольным выражением лица и чем-то внешне напоминала форель. От нее словно пахло разочарованием. Как знала Элис, в эти минуты начальница отдела кадров разочаровалась в ней. Но не так, как Брант, когда до него дошло, что представлять компанию в суде по делу Хардвик придется ему самому.

— Очень жаль, что вы уходите, — растягивая слова, сказала начальница отдела кадров. — Вам было суждено добиться здесь многого. Вас ждали великие дела. Вы — самая молодая заместительница начальника юридического отдела из всех, кто был раньше. Элис вежливо улыбнулась.

— Я знаю. Но… сейчас мне хочется пожить другой жизнью. У меня есть и другие обязанности.

Произнося эти слова, она не была уверена, что говорит искренне.

— Правда? — Начальница отдела кадров постучала карандашом с надписью «Интеркорп» — это бизнес» по потрескавшимся губам, покрытым толстым слоем помады сливового цвета. — Действуете по старому сценарию последнего шанса, да?

Элис прямо посмотрела на нее.

— Что вы имеете в виду? Форель улыбнулась.

— Я думаю, вы знаете, что я имею в виду. Дело идет к сорока, прекрасная карьера, но вы забыли родить ребенка, правильно? А сейчас ребенок на подходе. Вы не можете поверить в удачу, поэтому от всего отказываетесь. От всего, ради чего столько работали. — Она склонила голову набок. — Скажите мне, дорогая, неужели вы не думаете, сколько теряете?

— Это не совсем так, — с жаром возразила Элис. — Уже какое-то время я не ощущала достаточной мотивации к работе.

Форель кивнула.

— Конечно, но это время от времени случается со всеми. Это естественно. Вы очень много работали. Но, вероятно, вам требовался просто отдых. Отдохнуть полгода или сколько там нужно. — Она склонилась вперед. — Дорогая, мы можем это организовать для вас. От вас требуется только попросить.

— Нет, спасибо. — Элис сглотнула, хотя внезапно испытала огромное искушение. Но она должна игнорировать голос сирены. Она согласилась выйти замуж за Джейка. И согласилась вернуться домой.

— Я надеюсь, что у вас все хорошо сложится, — медленно качая головой, сказала Форель. — Дети — это большой шаг. Труднее, чем любая работа.

— Я в этом не сомневаюсь. — Элис натянуто улыбнулась. Ничто не может быть более трудной работой, чем сидение допоздна в «Интеркорпе». После этого материнство будет глотком свежего воздуха. В особенности, когда есть Джейк, который ей поможет.

Начальница отдела кадров еще больше склонилась через свой огромный стол из орехового дерева.