Элис закрыла лицо руками.

– Это я дура, ты хотел сказать. Я сама не могу поверить, с чем мирилась. Теперь все это очевидно. Моя мама была абсолютно права. Она говорила, что он промывает мне мозги. — Она покачала головой. — Почему я с этим мирилась? Почему?

Хьюго пожал плечами.

– Любовь? — высказал предположение он и слегка покраснел. — Это, очевидно, старейшее оправдание в списке. Но все равно оно остается лучшим. Я имею в виду: посмотри на меня. Я думал, что люблю Аманду… — Он в ужасе замолчал. Упоминать Аманду при Элис не стоило.

Но Элис задумалась.

– Любовь. — Она уныло улыбнулась. — Да. Я была влюблена. Очень сильно. — Ее лицо смягчилось, и она посмотрела на ребенка, спящего у нее на коленях. — И я до сих пор люблю, — добавила она и протянула палец, чтобы коснуться персиковой щечки Розы.

– Джейка? — Хьюго пришел в ужас.

– Я говорила о Розе. Я не знаю, что чувствую сейчас к Джейку.

– Но зато я знаю, черт побери, — с негодованием воскликнул Хьюго. — Конечно, это не мое дело, — добавил он секунду спустя.

Последовало неловкое молчание, такое же, как Хьюго помнил по встрече в кафе в супермаркете. Он искал способ его нарушить.

– Нам лучше что-то съесть, — предложил он. — Чтобы алкоголь впитался. Что ты хочешь? — он посмотрел в меню.

– Мне все равно, — ответила Элис, затем у нее в глазах загорелись огоньки. — О-о, на самом деле знаю. Для разнообразия я хочу съесть гамбургер, этот предмет международного корпоративного массового производства, с вредным сыром и кетчупом, в белой булке, испеченной из обесцвеченной муки. И пусть его подадут в упаковке из пенополистирола, которая разрушает озоновый слой.

– Сейчас будет, — улыбнулся Хьюго и подозвал официанта. — А выпить еще хочешь?

– Ты уверен, что у тебя есть время? — Элис ответила ему робкой улыбкой. — Спасибо за то, что выслушал, — добавила она. — Мне стало лучше после того, как я тебе все рассказала. Видишь ли, у нас с тобой похожая ситуация. Мне на самом деле не с кем поговорить.

Глядя на ее грустное честное лицо, Хьюго чувствовал себя мороженым на раскаленной мостовой в августе. Спасение собственной репутации в «Данн и Дастарде» казалось гораздо менее важным.

– Моя работа может подождать, — услышал он собственные слова.

Появился официант со стаканчиками.

– Тебе нравится работать агентом по недвижимости? — спросила Элис, хватаясь за джин и возможность сменить тему.

Хьюго пожал плечами.

– Вполне приемлемо, наверное. Много ездишь по объектам, общаешься с людьми.

Она посмотрела на него с деланной улыбкой.

– Джейк говорит, что агенты по недвижимости постоянно врут. Обманными путями заставляют людей заключать сделки, из-за них люди влезают долги, и все ради домов, в которых не стоит жить.

– Но он-то сам — луч света в темном царстве, не правда ли? — резко ответил Хьюго.

Элис взяла тарелку с овощными чипсами. До этого утра Хьюго предполагал, что они картофельные.

– Интересно, а они натуральные? — задумчиво произнесла она.

– Я так не думаю.

– Отлично. — Элис взяла пригоршню и улыбнулась ему. — Давай забудем про то, что говорит Джейк, но ты можешь мне честно сказать, что каждый продаваемый тобой дом на самом деле такой великолепный, как ты его описываешь?

– В этой местности много хороших домов, — настаивал Хьюго.

– Значит, работа агента по недвижимости — это не профессия лгуна? — дразнила его Элис.

– Совсем нет. Ну, наверное, иногда, — признался Хьюго, виновато думая про пару, купившую «очень уютный» домик. С тех пор, казалось, прошли годы. Ему было неудобно вспоминать пожилую женщину, которая спрашивала, купил ли бы он сам то ужасное бунгало, и как он заверил ее, что купил бы.

Имелись и другие многочисленные уловки, которые он планировал использовать до инцидента с собакой. Он заерзал на стуле под взглядом Элис.

– Вон, смотри, — с благодарностью сказал он. — Несут еду.

Но к ним приближалась не только еда, как он в ужасе понял секунду спустя. Из фойе к ним также направлялась женщина на высоких каблуках, отличавшаяся большим носом.

– Хьююююгооооо! — воскликнула Лаура, обнимая его и демонстративно целуя. Он скорее чувствовал, чем видел, насколько поражена Элис.

– Привет, Лаура, — пробормотал он, высвобождаясь из ее объятий и отстраняясь от ее бюста. — Подумать только, что мы здесь встретились!