– И чем твои решения будут лучше моих?
– лицо Рика побагровело еще сильнее.
– Ты думаешь, что так уж умен? Да ты ни черта не понимаешь в том, как управлять Мирамаром! Когда ты уехал, тебе было всего пятнадцать, и теперь ты хочешь сказать, что лучше меня знаешь, что делать!

– Знаю. И первое, что мы должны сделать - это продать две трети поголовья скота. Рик замер. Глаза налились кровью.

– У нас слишком много скота. Второе, что мы сделаем, это расчистим пятьсот акров земли. Получим три прекрасных участка под пшеницу и овес. Следующей весной мы засеем все подходящие земли.

– Продать скот? Превратить пятьсот акров в поля? Ты хочешь, чтобы мы стали фермерами?

– Через пять лет Мирамар будет процветать.

– Фермеры? Мы - фермеры?

– Или Мы делаем, как я сказал, - голос Слейда стал жестким, - или ты не получишь ни пенни.

– Да ты с ума сошел! Фермеры! К черту!

– Не помешаем?
– раздался вкрадчивый голос Эдварда. Позади него стояла Регина - с широко раскрытыми глазами и побледневшим лицом.

Взгляд Слейда скользнул через плечо брата - Регина встретилась с ним глазами, потом отвела взгляд в сторону.

– Напротив, - сказал Слейд, не сводя глаз с лица девушки, слегка скривив рот.
– Никто еще никогда не приходил так вовремя.

В ярости Рик мерил комнату шагами. Когда дверь открылась, он резко повернулся к вошедшей жене.

– Где, черт побери, тебя носило весь день? Виктория улыбнулась, прикрыла дверь спальни.

– Ходила за покупками. Почему ты так кричишь?

Но Рик словно не слышал.

– Знаешь, что надумал этот негодяй? Виктория сняла шляпу, перчатки.

– Должно быть, ты имеешь в виду Слейда?

– Откуда все взяли привычку злить меня? Но даже ты не смогла бы так меня разозлить, как он!

Виктория подошла к нему, нежно положила руки ему на плечи.

– Успокойся, дорогой. Таким злым я не видела тебя с тех самых пор, как он уехал отсюда. С тобой может случиться сердечный приступ.

– Конечно, - Рик стряхнул ее руки нервным движением плеч.
– Он загонит меня в гроб и спляшет на крышке. Иначе он не успокоится.

– Что же он сделал?

– Дело не в том, что он сделал, а в том, что собирается. Черт побери, Виктория, он хочет отобрать у меня поместье, управлять всем и превратить Мирамар в ферму!

– Он сам тебе это сказал?

– Он сказал, что будет держать под контролем деньги Элизабет, распоряжаться всем, продаст наш скот и засеет пшеницей пятьсот акров земли! Он хочет превратить нас в фермеров!

Глаза Виктории сузились.

– Пошли его куда подальше. Немедленно! И не разрешай больше и носа совать сюда!

Рик уставился на нее. Виктория схватила его за руку.

– Эдвард никогда ничего не заберет у тебя. Никогда. Мы оба это знаем. Пусть он женится на Элизабет. Он будет рад предоставить тебе право распоряжаться ее приданым и заправлять хозяйством. Ты знаешь это. Мы оба это знаем.

Рик отстранился.

– Слейд - старший. Он - наследник.

– Слейд наделает бед! Он такой с пеленок! Если Слейд говорит, что собирается поступить так, а не иначе, то он сделает именно так, как говорит.

– Может быть, и я такой же!

– Может быть, просто ты слишком стар, чтобы остановить его. Тогда лиши его наследства!

– Я не могу нарушать традиции. Мирамар - это воплощение традиций. Старший сын должен быть наследником. Так было всегда. И ты знала это, когда выходила за меня. У меня уже было два сына - ты знала об этом.

– Но в Мирамаре всегда держали скот! Всегда! Если Слейд начнет здесь всем заправлять, он тоже порвет с традициями, станет фермером. Неужели лучше пусть он нарушит наши традиции, чем ты - прогнав его. Да, ты нарушишь один раз порядок, однако обеспечишь сохранение всех остальных наших привычек, наших традиций!

– Черт его побери!
– зарычал Рик.

– Прогони его!
– голос Виктории сорвался на крик.

– Достаточно! Он - наследник. И он - старший. Таковы правила. Если он хочет войны, пускай! Однако мы не собираемся превращать ранчо в ферму - только через мой труп! А теперь - я хочу выпить.

Рик вышел из комнаты. Выражение лица Виктории в одно мгновение изменилось. Она вдруг расхохоталась. Все идет, как по маслу! Слейд совершил глупость, рассказав отцу о своих намерениях; теперь между ними пропасть, которую они вряд ли смогут преодолеть. А Виктория проследит за этим. Слейд сам дал ей в руки шанс. И когда он уедет, наследником станет ее сын, Эдвард.