В темноте засветились, просыпаясь, колдовские глаза предчувствия смерти.

Стройные ноги толкнули тело вперед, выбросив клочья травы.

Навстречу нападающему мертвецу, растопырившему цепкие руки.

Уклонившись от захвата, она с размаху резанула труп кончиками напряженных и вытянутых, точно клинок, пальцев. Наискось, поперек груди, по толстой линии, доступной единственным на свете глазам — глазам Шики. Ее ногти глубоко рассекли врага от правого плеча до левого бедра. Удар был таким сильным, что фаланга указательного пальца сломалась, но рана, нанесенная трупу, выглядела гораздо страшнее — он рухнул, словно марионетка с обрезанными веревочками. Только правая рука еще продолжала шевелиться, словно недодавленный паук — скрюченные пальцы медленно шарили по земле, пытаясь вцепиться в ускользнувшую жертву.

Шики безжалостно придавила их ногой.

— Против меня — жалкий труп?.. — ее губы искривила едкая усмешка.

«Я жива».

Душная пелена, окутывавшая сознание Шики, расточилась, словно никогда и не существовала. Ее охватил незнакомый, несравнимый ни с чем восторг. Жилы трепетали от поразительно свежего и чистого тока жизненной энергии — как же получилось, что она не чувствовала его, лежа всего несколько минут в душной больничной палате?..

— …Эй, Шики! Лови!

Магичка окликнула ее сзади и швырнула какой-то предмет.

Тяжелый нож в простых, без украшений, ножнах. Только оправа рукояти поблескивала тусклым серебром.

Поймав его, Шики широко взмахнула рукой. Так, что ножны слетели, обнажив сверкающую сталь клинка. Смерив взглядом копошащийся у ног труп, сумевший с тупым упорством подняться на колени, она с презрительной легкостью пронзила его глотку.

Тот мгновенно замер — это был смертельный удар. Но в следующий миг…

— Дурочка, нужно было располосовать его на части!

Испуганный крик магички запоздал — то, о чем она хотела предупредить, уже случилось.

Стоило Шики пронзить шею трупа, как из него выхлопнуло облачко дыма. Оставив изломанную скорлупу, дым заметался, точно в панике, а потом стремительно прянул на Шики и всосался в ее тело — в мгновение ока.

Колени ослабли, девушка бессильно опустилась на землю.

Бродячие души, неспособные захватить тело жертвы, пока та была в сознании и сопротивлялась, воспользовались неожиданно представившимся шансом — стоило Шики впасть в боевой экстаз. Охватившее ее упоение убийством заставило полностью потерять себя и сыграло дурную службу. Призраки проскользнули в нее и перехватили власть над телом.

— Дурочка, споткнулась в самом конце…

Магичка бросилась к ней, но замерла на полушаге, видя, как рука Шики поднялась механическим и чужим, но красноречивым движением.

Сигнал был понятен — не приближайся.

ело Шики неловко, будто через силу, перехватило рукоять ножа обеими руками, обратив сверкающий клинок к своей собственной груди.

В опустевших, безучастных глазах внезапно вспыхнула прежняя решимость, губы сжались.

Отточенное острие коснулось груди.

Нет. Ее воля и ее тело — она не позволит какому-то несчастному призраку забрать их.

— Я… не поддамся, — сосредоточившись, прошептала Шики, ища внутренним взглядом смерть проникшего в ее тело врага. Да, вот крадется эта мерзость.

Клинок был готов пронзить тело Рёги Шики, но смерть, которую он нес — эта смерть была предназначена не ей. Клинок не нанесет раны, он уничтожит свившиеся в клубок бродячие души — Шики собрала всю свою волю, чтобы сделать именно так. С ее губ сорвался отчаянный и грозный выкрик:

— Моя слабость — пусть она умрет!!!

Рёги Шики не будет вашей.

Клинок скользнул в ее грудь необычайно легко и беззвучно.

Она вырвала сверкающий серебром клинок наружу.

Крови не было. Только боль напоминала о том, что Шики только что пронзила себя ножом.

Резкое ритуальное движение — клинок свистнул по дуге вниз и прочь, словно стряхивая грязные брызги чужой души.

— Что ты там такое говорила? Про то, что можешь научить меня пользоваться этими глазами.

Ее голос звучал резко и отрывисто — магичка облегченно вздохнула, узнав привычную манеру речи Шики. Та осталась собой.

— Я научу тебя видеть глазами предчувствия смерти, но при одном условии. В обмен ты поможешь мне в моих делах. Недавно я лишилась слуги-сикигами, и мне позарез нужна пара крепких рук и ног.

— Вот в чем дело, — пробормотала Шики, не оборачиваясь. Потом поинтересовалась с небрежностью, заставившей поежиться даже бывалую магичку: — Если соглашусь, смогу я убивать людей?

— Конечно.

— Тогда можешь распоряжаться мной. Все равно в этом мире ничто больше не освещает мне путь.