Шрифт:
— Не уверен, что бродяга может чувствовать подобное.
— Я хотела сказать, что не была дома уже целую вечность, — улыбнулась Джесси. — Пятницу и субботу я провела с Фин. А вчера мы приехали к тебе.
— Прости, но перспектива переночевать на полу гардеробной меня не привлекла. К тому же моя квартира ближе, и я живу один. Ты совсем не бродяга. В моей ванной у тебя есть зубная щетка.
— И еще одна в ванной Финолы. Так что я кочевник.
Кейд обнял ее, чувствуя, как просыпается желание.
— Перекочевывай ко мне. Я все равно не собираюсь на работу.
Джесси поднялась повыше и обхватила руками его голову.
— Я тоже взяла недельный отпуск.
— Зачем тебе вообще работать? Ты дочь главного редактора и…
— Ну? — Джесси повернула к себе его лицо. — Что «и»?
— Ладно, — Кейд рассмеялся. — У тебя особые отношения с начальством.
Улыбка исчезала с лица Джесси. Она отпустила его голову и закрыла лицо руками.
— Этого не должно было произойти.
— Детка, не переживай! — Кейд прижал ее к себе. — Это ничего не меняет.
Джесси внимательно посмотрела ему в глаза.
— Это все меняет.
Кейд ответил не сразу. Несколько секунд он боролся с искушением поцеловать ее и прекратить таким образом этот разговор.
— То, что мы любовники? Твое родство с Эллиоттами и так наделает много шума. Подумаешь, одной новостью больше.
— Давай сохраним все в тайне, — Джесси умоляюще сложила руки. — Пожалуйста, Кейд. Дай мне сначала разобраться со своей семьей.
— Мы будем видеться?
— Да, втайне от всех.
— Похоже, у меня нет выбора. Хорошо, я подожду.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Едва Джесси выбралась из метро, она тут же набрала номер отца.
Неделя пролетела как один миг. Дни напролет она проводила с Фин, а по ночам предавалась страсти.
В пятницу ей наконец удалось вырваться домой. До праздника в ее честь оставался всего один день, и Джесси нужно было подготовиться. Она до сих пор не могла поверить, что принадлежит к семье Эллиотт.
Шейну удалось снять бальный зал отеля «Вальдорф-Астория». В последний момент какая-то бессердечная невеста отменила свадьбу, и огромный роскошный зал оказался целиком в их распоряжении. Было разослано около сотни приглашений.
— Привет, пап. Ты меня узнал?
Джесси завернула за угол и уверенно перешла через дорогу. Она больше не боялась таксистов. Теперь она вообще ничего не боялась.
— Дай-ка подумать. Это случайно не моя блудная дочь, сбежавшая в Нью-Йорк?
Джесси рассмеялась.
— Прости, па. Я совсем замоталась на этой неделе.
— Могу себе представить. У вас все нормально?
— Ты имеешь в виду Фин? Да, все отлично. Мы хорошо поладили.
— Я рад за тебя, солнышко. Когда ты планируешь вернуться домой?
Джесси замерла.
— Стажировка заканчивается весной, — она глубоко вдохнула, как перед прыжком в воду. — Я рассчитываю, что меня оставят в журнале.
В трубке воцарилась тишина.
— Папа, ты меня слушаешь?
— Да, — ответил он. — Я размышляю.
В его голосе зазвучала грусть. И Джесси тут же уловила смену интонации.
— Я обязательно приеду к тебе в гости.
— Или я сам прилечу в Нью-Йорк. Я так соскучился, Джесси.
— Я тоже, папочка. Думаю, я вырвусь к тебе на выходные в следующем месяце.
— Было бы просто великолепно, — Джесси была уверена, что он облегченно вздохнул. — Выбирай день.
Внезапно Джесси пришла в голову одна идея. Только вчера Финола говорила, что хочет познакомиться с ее отцом.
— Я думаю, что мы приедем с Финолой. Вы должны познакомиться.
Отец хмыкнул в трубку.
— Эта деловая леди готова приехать на ферму в Колорадо? Она знает, что у нас нет магазинов?
Джесси улыбнулась про себя. Похоже, ее папочка растерялся.
— Я уверена, что вы найдете общий язык, — Джесси очень хотелось, чтобы все вокруг были так же счастливы, как и она. — Как насчет дня Колумба? Мы как раз сдадим в печать февральский номер и сможем перевести дух. Тогда мы с Фин останемся на неделю.