Шрифт:
Был в Кучукое.
Будь здоров, жму руку.
Твой А. Чехов.
Барышеву И. И., 18 августа 1899 *
2852. И. И. БАРЫШЕВУ
18 августа 1899 г. Москва.
18 авг.
Дорогой Иван Ильич, я еще в Москве * , уеду, вероятно, вскоре после 20-го. А возвращусь в Москву не особенно скоро — в апреле.
Здоровье мое довольно сносно. Терпеть было бы можно, если бы только не эта обязательная зимовка в теплых краях. В Крыму зимой скверно.
Спасибо тебе за письмо и за обещание побывать у меня. Буду ждать. Не забудь прислать свои книги; прислать или привезти.
Крепко жму руку.
Твой А. Чехов.
Барышеву И. И., 19 августа 1899 *
2853. И. И. БАРЫШЕВУ
19 августа 1899 г. Москва.
19 авг.
Дорогой Иван Ильич, прости, я опять тебя беспокою. В пакете с книгами я не нашел обоих томов Лансона * «История французской литературы». Я бы сам приехал за ними, но нездоров, безвыходно сижу дома, а прислать некого, ибо возле меня никого нет, кроме куфарки, да и та всё с солдатом. Пришли, если можно, сегодня или завтра. Если же это письмо дойдет до тебя после пятницы, то вышли Лансона по адресу: Ялта, Чехову.
Еще раз: извиняюсь. Будь здоров.
Твой А. Чехов.
За книги большое, большое спасибо.
Суворину А. С., 19 августа 1899 *
2854. А. С. СУВОРИНУ
19 августа 1899 г. Москва.
19 авг.
Ваше письмо * из Ялты прислали в Москву, где я теперь имею пребывание. Был я в Крыму, недавно вернулся в Москву, и, вероятно, завтра или послезавтра придется опять уехать * , так как мне нездоровится. Не знаю, бациллы ли то бунтуют, или погода дает себя знать, только мне невмоготу и клонит мою головушку на подушку.
Я писал Вам в Велие Никольское * , но ответа не получил. Нового у меня лично ничего, в газетах тоже ничего. Чума не очень страшна. Во-первых, она не захватит особенно большого района, будет всё держаться на отдельных пунктах, во-вторых, как сила опустошительная она не страшнее дифтерита или брюшного тифа, в-третьих, мы имеем уже прививки, оказавшиеся действительными и которыми мы, кстати сказать, обязаны русскому доктору Хавкину, жиду. В России это самый неизвестный человек, в Англии же его давно прозвали великим филантропом. Биография этого еврея * , столь ненавистного индусам, которые его едва не убили, в самом деле замечательна. Итак, чума как болезнь не особенно страшна. Но она страшна как пугало, сильно действующее на воображение масс. Она натворит много бед в Испании и, пожалуй, помешает выставке * .
Про студентов говорят мало. Недавно я ходил в университет к ректору * просить, чтобы приняли студента из другого округа; студенту отказали, и сам я был принят чрезвычайно нелюбезно. Приемная ректора и его кабинет и швейцар напомнили мне сыскное отделение. Я вышел с головной болью.
Недавно был я проездом в Феодосии * , видел издали Ваш дом. Город совершенно изгажен железной дорогой и добрым гением Феодосии * . Армянский дух этого гения чувствуется на каждом шагу.
На юге, в Таганроге я видел Ежова * , который осматривал там заводы. Из него вырабатывается порядочный корреспондент. Читали Вы «Евангелие как основа жизни» свящ<енника> Петрова? * После этой книги я не читал ничего интересного, кроме, впрочем, «Одиноких людей» Гауптмана — пьесы старой, но ударившей меня в нос своей новизной. Отчего Вы до сих пор не воспользовались этой пьесой? Она очень умна и сценична.
Два французских офицера * , из которых один сын бывшего военного министра, убили в Африке своих товарищей офицеров. Вы читали об этом? И это как нарочно в то время, когда бедные французы и без того угнетены всякого рода сюрпризами; один сукин сын Мерсье чего стоит! *
Лупит дождь. Значит, не позже как через неделю я буду опять в Ялте.
Что Боря? Как он поживает? Анне Ивановне, Насте и Боре мой сердечный привет и поклон.