Но есть еще одна категория сталкеров, самых безнадежных и упертых. Они прорываются в реальную ЧЗО (Чернобыльскую зону отчуждения), чаще всего нелегально. Кто-то ищет приключений на свой приплющенный от многодневного сидения за компьютером зад. Кто-то коллекционирует артефакты, собирает хабар и пугает им отсталых однокурсников, одновременно соблазняя своей романтичной крутизной отсталых полногрудых однокурсниц. У других в голове уже давным-давно выкручены все лампочки, и ни черта не разберешь, что в этом мраке бездонном творится, где мотив, а где последствия. Всякие люди проникают в Зону по причинам, непонятным нормальному большинству.

Совсем недавно я стал одним из них.

– Да, мама, приеду на днях, если получится выкроить выходные. Как у вас в Питере сейчас с погодой?

– По крайней мере, не ваша дымовая московская Преисподняя. Балтика нас хранит, по вечерам даже прохладу навевает. Ты нас последний год совсем забываешь, отец уже начал обижаться.

– Мамуль, ты же знаешь, как я ненавижу эти ночные поезда! Москва – Петербург, Петербург – Москва, и далее по кругу. Пять лет в институте, два года после. Меня уже все проводники в лицо узнают. Скоро привокзальные бомжи начнут приглашать на рюмку лосьона, как свою.

– Какого еще лосьона?

– Огуречного. Иногда хочется захватить с собой огнемет и спалить эти два вокзала к едрене фене.

– Дочь, так бери себе нормальное купе или «Сапсан».

– У меня и так полно всяких расходов. Преподавателям английского столько не платят.

– А как же Игорь?

– Игорь – уже вчерашний день. Все, расстались неделю назад, забрал вещи. Честно говоря, последние несколько месяцев были сплошной показухой, мы друг с другом практически не общались.

– Ладно, разберешься сама, не телефонный разговор. Приедешь – поговорим.

– Целую, мамуль.

Олеся положила трубку и нырнула в прохладную воду с головой. Крохотная волна ударила о борт ванны и вырвалась наружу, разрисовав кафель рваными контурами брызг и пенных разводов. Полосатый коврик остался сухим. Странная штука – жизнь. Совсем как этот коврик: то черная полоска, то белая, то со следами от растаявшего шоколадного мороженого – ни то ни се. Сейчас у нее был как раз такой период неразберихи и сомнений. Работа допоздна с нечастыми выходными, проводимыми изредка в плацкартных вагонах меж двух столиц, да бойфренд, оказавшийся, как обычно, не тем принцем, что гарцевал год назад на белом «Додже».

С одной стороны, стакан был наполовину полон. Уроженка Петербурга смогла без труда закрепиться в городе неограниченных возможностей, своим умом, без вынужденных пересыпов, как это часто бывает у смазливых безмозглых провинциалок. Снятая квартира в Бибиреве, законченный МЭИ, благосклонное начальство «Лингвы», занятия в конном клубе «Битца». Нет, это не так дорого, как кажется – раз в неделю можно себе позволить взобраться на вороного гиганта и продефилировать по большому манежу, лавируя между другими счастливчиками. С другой стороны, за последние полгода стакан наполовину опустел. Победа на конкурсе «Мисс Stalker-portal 2009» так и осталась лишь ярким пятном на фоне однообразных буден. Гордость родителей и поздравления юзеров сайта сменились домогательствами всякой шантрапы. Какие-то мутные подростки периодически находили ее страничку в социальных сетях и после обязательного «а ты симпотичная» предлагали незабываемое знакомство и романтическое свидание у лотка с шаурмой в Бирюлеве. Короткое «свободен» и контрольный игнор в голову. Еще и это расставание… даже чувств никаких не осталось: ни обиды, ни сожаления – вообще ничего, как будто электрик починил плиту, собрал инструмент и ушел. Лошади лучше мужчин. Ты подходишь к ней, такой большой и красивой, угощаешь яблоком или сухарем, гладишь морду, бинтуешь ноги, чистишь щеткой, кладешь вальтрап под седло, и будь уверена – она тебя никогда не предаст. Будет скакать хоть по кругу, а хоть и на край света, пока не свалится от усталости, иногда смертельной. А у среднестатистического жеребца на подержанном «мерине» терпение заканчивается где-то между яблоком и первым кругом. Обидно.

Олеся медленно поднялась, вызвав локальное цунами и водопады с мраморных плеч, ступила на коврик. Разумеется, причина подростковых страданий для нее не была никаким секретом и вызывающе обозначила себя в большом зеркале длинными волнистыми локонами, высоким бюстом и огромными чистыми глазами, в которых утонула не одна сотня воздыхателей. В квартире стояла удушливая жара, подернутая сизым торфяным перегаром, и одежда вызывала лишь чувство отвращения. Завернувшись в полотенце, она подошла к компьютеру и вставила в привод новый диск с любимым «Сталкером». Этот гад унес все игры. На кой они ему сдались? Разумеется, чтобы уколоть побольнее. Но мне не больно. Просто пришлось заехать по дороге домой на Савеловский компьютерный рынок и купить «пиратку» за 200 рублей, со всеми тремя частями. Продавец, молодой парень лет 25, похожий на мышонка, как обычно, уставился на область пониже плеч, но ответный взгляд-выстрел, натренированный еще в институте, не оставил человеку-мыши никаких шансов. Знакомая заставка, тягучий гробовой саундтрек и полное собрание книг серии «Сталкер» на полке. Да, жаль, что в реальной жизни нельзя ходить с огнеметом и пушкой Гаусса. Начало игры проходится автоматически, на рефлексах. «One shot – one kill», как в фильме «Снайпер» с Томом Беренджером. Сегодня не будем жалеть ни чужих, ни своих. Раненый сталкер просит о помощи и претендует на аптечку, но получает пулю в лоб. Ах, какой трагичный финал жизни компьютерного бота! Простите, уважаемый дружеский бот, «Мисс Stalker-portal» сегодня не в настроении, скажите спасибо смогу и сороковнику за окном. Еще один кордон военных пройден, дурацкая сшивка локаций – не могли сделать по-нормальному, стоило шесть лет возиться – и еще несколько бандитов в ауте. Ура, еще один сталкер освобожден и сейчас ответит за все подлости и моральную неустойчивость собратьев по полу! Выстрел в упор, еще… что за черт…

Потрепанный «КРАЗ» несся прямо на пост. Буквально за несколько метров от шлагбаума водитель осадил машину и по заведенной традиции легонько ткнул капотом крашенную в полоску конструкцию. Солдатик на посту делано нахмурился, как полагалось салаге на первом году службы. Из кабины высунулась довольная чернявая физиономия пассажира. Водитель же скрылся за играющими оконными бликами.

– Откуда дровишки?

– Из лесу, вестимо. Из «рыжика». Что за вопрос, рядовой?

– Вопрос как вопрос, служба. – Солдатик изо всех пытался показать, кто тут главный и кто в случае чего может не пропустить кое-кого кое-куда. – А почему в Припять? Почему не сразу на похороны?

– Надо догрузиться в городе. У вас тут вчера «дезики» одну дрянь фонящую обнаружили, просили вывезти. Короче, не компостируй мозги, пропускай, у нас сегодня еще две ходки. – Чернявый смотрел насмешливо, как любой из «партизан» [3] , уже не раз нюхнувших радиационного пороха. Такие ничего и никого не боялись.