Чёртова сова
вернуться

Лукин Евгений Юрьевич
Шрифт:

ДАЧНОЕ

Мысли заплясали, ёкнуло в груди — чьи-то грабли сами просят: «Укради…» Тягостная повесть. Пагубная страсть. Ведь замучит совесть, если не украсть!

КОМАРИНОЕ

Ах, упырчик! Пара крылышек легка. Я пупырчат, словно борт броневика. По коленям — как заклепки, пузыри. Где ты, Ленин? Залезай — и говори!

ОКРАИНА

Сквозь дыру в облаках явно с бодуна вся, как мы, в синяках пялится луна. Погуляем втроём под собачий лай. Уж такой тут район: вломят — и гуляй!

ГЛУБИНКА

В кадке лёд. Отвердела улица. Сверху — небо чёрно-лиловое. У штакетника зябнет курица — одноногая, безголовая. Хорошо ей там, в оперении, под крыло завернувши голову: ни молений о похмелении, ни февральского злого олова.

БАЛЛАДА

(конспект)
У одного влиятельного дюка была жена, известная гадюка, и вот однажды благородный дюк схватил кинжал, как подобает дюку, и молча вычел данную гадюку из общего количества гадюк.

ОТМАХИВАЯСЬ

Я вас не понимаю, комары! Как будто в олигархах мало крови! Летите к ним — и пейте на здоровье во имя комариной детворы… Я уверяю: все они воры! Ну что ж ты, гад, вцепился мне в надбровье, моё надбровье… И твоё надгробье! (Я принимаю правила игры.)

«Люди, люди, скажите, ктО вас…»

Люди, люди, скажите, ктО вас учит пхаться мешком ребристым? Попадёшь в городской автобус — позавидуешь декабристам. Нет, не ссылке во глубь Сибири, не гоненьям иного рода — просто, знаете, страшно были далеки они от народа.

МАЖОРНОЕ

Понапрасну говорят, что гордиться нечем: вон космический снаряд приинопланечен! Возгордимся же судьбой, рыжая собака, возле нашего с тобой мусорного бака!

«Какого, скажите, рожна…»

Какого, скажите, рожна меня спозаранку изъяли из тёплой реальности сна в кошмары придурошной яви! И как мне, ей-богу, смешны те люди, которых с рожденья преследуют страшные сны и радует миг пробужденья!

«Не каркайте вы надо мной…»

Не каркайте вы надо мной, вороны Аллеи Героев! Под этой бетонной стеной не лягу я, близких расстроив, в честь Родины очередной.

ТАМ, ЗА АХЕРОНОМ

Однажды вынесут во двор мою бесчувственную тушку. И шестикрылый прокурор определит на всю катушку. Сведут в угрюмые места, где соответствующий климат. А то, что я любил Христа, в расчёт, наверное, не примут.

«Ракета, если верить интернету…»

Ракета, если верить интернету, туристов на орбиту подняла. Угрюмо размышляю с похмела: «Отмыли всю наличную монету? Раздели конкурентов догола? Нам что уже, другого дела нету, как созерцать из космоса планету и умиляться, сколь она мала?»

ВЕСНА-2003

На скворечьем просторечье изъясняется ветла. Дивны Божии дела. То ли дело человечьи! Догорает Междуречье. Скоро выгорит дотла.

МОНУМЕНТАЛЬНОЕ

Куда судьба тебя ни сватай: в Торонто или же в Тамбов — ты вновь вернёшься в город статуй, вооружённых до зубов. Все изваяния Гранады, во-первых, нашим до плеча. В руке разжатой — ни гранаты, ни автомата, ни меча. Скучает сердце. Глазу нужен суровый город вдалеке, где только Ленин безоружен — поскольку на броневике.

ГРОЗА

Над перекрестием дорог, гремя, безумствует пророк. Он абы как — вдали! вблизи! — вонзает свой слепящий лом. Из нас любого порази — окажется, что поделом. Илье без разницы, в кого. Но мне-то, мне-то каково!

«Когда блистательная Волга…»

Когда блистательная Волга, надменно мышцами играя, как древнегреческий атлет, войдёт в овраги и надолго отрежет дачу от сарая и от калитки туалет — то что тогда?..