— Да, лапочка, — сочувственно протянула Дорали, — не хотелось бы огорчать тебя, но боюсь, тебе лучше примириться с тем, что он никогда не сделает тебе предложение, которого ты всю жизнь от него ждешь.

Мэл вздохнула:

— А что бы вы сказали, если б услышали, что он уже сделал…

— Уже сделал — что?

Вопрос Дорали заставил Мэл оторваться от окна.

Три женщины придвинулись ближе друг к другу — очевидно, догадка осенила их одновременно.

— Ты хочешь сказать…

— … мой будущий деверь…

— … предложил тебе стать его женой?

Мэл только кивнула.

— Как? Когда? Где? — раздалось хором.

Мэл уставилась на маленькое пятнышко, темневшее на поверхности стойки.

— Он вообще-то сделал мне предложение здесь, вечером в пятницу.

— Я и понятия не имела, — прошептала Джилиан.

— И что же ты ответила? — спросила Лайза.

Мэл неловко переступила с ноги на ногу.

— А ты как думаешь? В конце концов, и у меня есть гордость. Как бы повели себя вы, если бы Вайет или Люк сказали, что «вообще-то» надеются, что вы за них выйдете?

Лайза понимающе взглянула на Мэл.

— Приходит в голову один ответ — не слишком ласковый. Ну, а ты что сделала?

— Оставила его сидеть с чашкой самого отвратительного кофе, какой только ему доводилось пробовать, и убежала к себе наверх.

— Ужасно, — пробормотала Джилиан.

— Да? — Губы Мэл насмешливо изогнулись. — Сами видите, как он расстроен.

— Я имела в виду, ужасно для тебя, — пояснила Джилиан.

Мэл еще раз вздохнула:

— Неужели нельзя даже мечтать о возвышенной любви?

Дорали провела рукой по ее светлым волосам.

— Может, Бумер преподаст Клейту несколько уроков поведения с дамой?

Отношения между Бумером Брауном и почти пятидесятилетней Дорали Салливан были одной из последних новостей в Джаспер-Галче. И, конечно, Дорали ее, Мэл, понимает — в слове «вообще-то» нет ничего возвышенного.

— Я хочу, — прошептала Мэл, — чтобы он обратил внимание на меня как на женщину. На привлекательную женщину. Просто увидел бы меня. Это, конечно, глупо…

— Но ты же красавица, — заявила Джилиан.

— Именно, — подтвердила Лайза. — Я сразу так подумала, при первой же нашей встрече.

— Только твоя красота не бьет в глаза, как неоновая реклама, — спокойно заметила Джилиан. — Твоя красота — более утонченная. Красоту, подобную твоей, осознают постепенно.

Дорали с нежностью взглянула на девушку.

— Неужели тебе самой это неизвестно, дорогая?

Мэл заглянула в глаза поочередно каждой из женщин. Пригладив густые волосы, заплетенные в тугую косу, которая лежала у нее на плече, Мэл сказала:

— Я очень ценю вашу поддержку, но если я такая красавица, почему же Клейт этого не замечает?

Выражение глаз у Лайзы изменилось. Она вывела Мэл из-за стойки и обошла кругом. Дорали и Джилиан последовали ее примеру.

— Гм, — пробормотала Джилиан.

Лайза потерла рукой подбородок.

— Ты думаешь о том же, о чем и я?

Джилиан кивнула:

— Я думаю, что пора Мэл заставить его, ее заметить.

Мэл смотрела на них скептически.

— О чем это вы?

— Давно ты ходишь с этой косой? — спросила Лайза.

Не дожидаясь, пока Мэл ответит Лайзе, Джилиан задала следующий вопрос:

— Клейт когда-нибудь видел тебя в платье?

Мэл взглянула на Дорали, ища у нее поддержки.

— Он видел меня в синем сарафане, в котором я хожу в церковь.

— Мэл, — провозгласила Лайза, — ты хочешь, чтобы у Клейта Карсона раз и навсегда открылись глаза?

Перебирая пальцами косу, Мэл вспомнила, как Клейт пригладил прядь коротких тонких волос, упавших на щеку Бриттани.

— Что я должна сделать?

— Вопрос в том, что ты готова сделать.

— Что у вас на уме? — нахмурилась девушка, встречаясь взглядом с Дорали, которая довольно потирала ладони.

— Клейт Карсон даже не поймет, что его поразило.

— А я знаю самое подходящее место и время для того, чтобы Мэл могла предстать в своем истинном свете, — объявила Лайза.

— На нашей общей свадьбе! — тут же воскликнула Джилиан.

Мэл попыталась возразить, что осталось всего четыре дня и у Лайзы с Джилиан своих хлопот довольно. Но девушки обменялись хитрыми улыбками.