— Тогда вам придется иметь дело с полицией, — возразил герцог. — Не думаю, что это желательно.

При мысли о полиции Кассандра притихла.

— В конце концов, — продолжил герцог, — все, что мы можем им показать, это записку. Нам неизвестно, как найти ее отца. Его имя скорее всего не Вуд. Может возникнуть скандал, в который мы будем вовлечены, — продолжал герцог. — Да и помочь ей уже никто не в силах.

Кассандра была в шоке. В то же время она сознавала: если полиции станет известно, что они с герцогом — последние, кто видел девушку живой, ее уловка будет раскрыта. Отец придет в ярость, если узнает. Она представляла себе, какие истории из этого состряпают газеты. Но сейчас Кассандра была потрясена тем, что произошло с Нэнси.

— Это ужасно! Как она могла совершить такой поступок?

Герцог не ответил, сосредоточившись на управлении лошадьми.

— Она говорила мне, что отец ни за что ее не простит. Мне кажется, не по-христиански так жестоко ее наказывать!

Герцог помолчал, словно подыскивая слова, потом сказал:

— Я хочу, чтобы вы попытались забыть, что произошло. Просто для вас это совершенно новое впечатление. Надо избавиться от неприятных мыслей. Меня не покидает мысль, что в сложившейся ситуации Нэнси сделала единственно правильную вещь. Какое будущее ожидало ее и ребенка?

Это были разумные слова. Кассандра не могла не согласиться, но все равно чувствовала боль при мысли о смерти несчастной девушки, нашедшей утешение в водах Темзы.

Кассандра почти физически ощущала возникший между ними барьер. Поэтому с отчаянием, чувствуя, как уплывает ее собственное счастье, она стала говорить на другие темы. Словно поняв, какие усилия предпринимает девушка, герцог заговорил о лошадях.

— Некоторые люди коллекционируют лошадей, так же, как другие коллекционируют картины и другие предметы искусства, — улыбнулся герцог.

— Вы хотели бы этим заниматься? — спросила Кассандра.

— В настоящий момент у меня нет такой возможности, — ответил он. — Если бы у меня появился шанс, я был бы очень жадным и собирал бы и то, и другое.

— Я уверена, что в Альчестере у вас найдется несколько хороших картин, — сказала Кассандра.

— Семейная коллекция уникальна, — ответил герцог. — Каждый глава семьи и его жена в течение многих лет запечатлевались для последующих поколений. Некоторые картины писали известные художники, другие, как говорил мой отец, — «деревенские плотники». Но они все там: первые графы и графини Альчестер, а потом, когда было создано герцогство, — герцоги и герцогини.

— Ваш портрет уже добавлен к остальным? — спросила Кассандра.

— Нет, — ответил герцог. — Существует традиция, что владелец титула ждет, пока не женится…

Кассандра заметила, как по его лицу промелькнула тень. Она знала, он думает о браке, обещанном его отцом много лет назад, к которому герцог сейчас себя готовил. Ей очень захотелось сказать ему правду, но вдруг она испугалась и решила промолчать.

Когда они проехали некоторое расстояние, Кассандра поинтересовалась, куда именно они едут.

— Дом лорда Карвена находится где-то в сорока пяти минутах езды от Лондона, я думаю, — сказала девушка. — Не приедем ли мы слишком рано? Он не ждет нас раньше пяти часов.

— Я не собираюсь там появляться даже на минуту раньше назначенного срока, — ответил герцог. — Я хочу пригласить вас на ленч в гостиницу. Уверен, вам там понравится. Она находится на берегу реки. Позже, летом, там станет очень людно, но сейчас в ней не будет много народа.

Герцог оказался прав. Гостиница была очаровательна. Оставив фаэтон во дворе, герцог провел девушку в обеденный зал. Они уселись около окна, откуда была видна Темза, медленно несущая куда-то серебряные воды. Гостиница была старая, с большими дубовыми балками под потолком и огромным камином, в котором горели дрова. Герцог заказал вина и еды — очень простой, но имеющей аппетитный вид и вкусно приготовленной.

Оказалось довольно просто забыть трагедию Нэнси Вуд, когда сидишь друг к другу лицом за небольшим столиком перед окном и мирно ведешь беседу. Кассандра поняла, что была права, когда решила, что герцог очень умный.

Она также знала, что и у нее незаурядные способности по сравнению с некоторыми ее сверстницами. Не было сомнений, что они могли спорить на равных.

— Как это у вас получается быть красивой и умной одновременно? — воскликнул он в момент, когда ему все-таки удалось найти аргумент на ее неоспоримое утверждение.

— Не сказала бы, что это прозвучало как комплимент, — ответила Кассандра.

— А это не комплимент! — возразил герцог. — Большинство мужчин не любят умных женщин. Они их боятся.

— А вы?

— Я нахожу вас очень интересной, Сандра. Но тем больше меня удивляет, что, будучи такой умницей, вы выбрали сомнительную профессию.

— У женщин не так много возможностей сделать карьеру, — ответила Кассандра.

— Это правда, — согласился герцог. — Кто захочет увидеть женщину среди членов парламента, или женщину-адвоката, или, хуже того, женщину-судью!