По сравнению с его главной целью, о которой пока не знает никто.

Тем временем Маус извлек из кармашка жилета фляжку. Внутри была жидкость высокой ценности в пределах Периметра — самый натуральный ром. Но сейчас он не пожалел — и почти насильно влил немного в рот этого счастливчика. Иначе его и не назовешь: выжить в подземельях Темной долины, в одиночку, в окружении как минимум трех кровососов — это надо в рубашке родиться.

Или быть очень нужным одному парню — по имени Бука.

Ром несколько взбодрил перепуганного ученого. Антонов понемногу расслабился и стал излагать более обстоятельно собственную версию событий:

— Нас высадили с вертолета, тут, неподалеку. Как нам сказали — это отработанный маршрут и сравнительно безопасное место высадки…

Рассказ прервал неожиданный всплеск почти истерического смеха. Маус ткнул Петлю локтем в бок, и смех оборвался. Такую реакцию можно понять: рассуждать об отработанных маршрутах и безопасных местах высадки в Зоне могут либо полные идиоты, либо откровенные лжецы. Поскольку военные, допущенные к операциям в пределах Периметра, идиотами быть не могли по определению, следовательно, ученых просто мягко ввели в заблуждение. Все-таки человеческая подлость, тем более направленная на решение «особо важных задач», не имеет пределов.

— У нас был определенный круг задач, — продолжил Антонов. — Во-первых, привести в рабочее состояние эту лабораторию. Она была необходима для работы с новым артефактом. Проблема в том, что это вещество бессмысленно выносить за пределы Зоны: оно быстро теряет свои свойства. Нашей задачей было научиться консервировать его в нужном состоянии, чтобы продолжить изучение в специализированных лабораториях Института. В противном случае — исследовать его свойства здесь, для чего оборудовать долговременную научную базу…

— Я вижу, реализовать удалось только первый пункт этого грандиозного плана, — заметил Маус. — А оборудовать долговременную базу в подземельях Темной долины… Вы что там, обкурились все?

— Это очень важная миссия, ради этого стоило идти на риск, — кисло произнес Антонов. — К тому же военные обещали обеспечить нам безопасность.

— Сколько себя помню, военные всем обещают обеспечить безопасность, — усмехнулся Маус. — А еще — локализовать Зону и перебить всех мутантов. А Зона знай себе, расползается. Наверное, Хозяевам ничего не сообщили про обещания военных. Сколько вас было?

— Семнадцать человек. Из них пятеро — ученые, остальные — опытные бойцы спецназа.

Маус не мог сдержать досадливого возгласа. Опытные бойцы — сколько их гниет в земле Зоны-матушки! И главное, военных это обстоятельство ничему не учит. Хотя всем известно: опыт обычных армейских и специальных операций, пусть даже самых крутых, ничего не стоит без знаний особенностей Зоны. Тем более странно, что этот очкарик уцелел.

Хотя, может быть, это как раз закономерно: он повел себя так, как и следует вести себя новичку в Зоне — не лезть на рожон, изображая из себя крутого парня, а спрятаться, замереть, слиться с местностью. Последнее ему неплохо удалось.

— Что же здесь произошло? — спросил Петля, нервно покусывая губы. Ему не давал покоя обглоданный череп с отломанной нижней челюстью, что валялся под лабораторным столом — эдак буднично, будто закатившийся туда детский мячик.

— Они пришли внезапно и так же внезапно ушли, — проговорил ученый. Он снова начал волноваться, очевидно, вспоминая пережитый кошмар. Снял очки, принялся вертеть их в руках, подслеповато щурясь. — Это было страшно, все мелькало, грохотало, и я толком почти ничего не помню.

— Это были кровососы? — быстро спросил Маус. Массированная атака кровососов — это что-то новенькое.

— Их никто не видел. Они действовали словно на расстоянии. Оружие выходило из строя, бойцы подрывались на своих же гранатах — и никто ничего не мог понять.

— Бюреры, — уверенно сказал Бука.

— Похоже на то, — кивнул Маус. — Они же теле-кинетики — выводили оружие из строя, даже не приближаясь. Но ваши спецназовцы должны были знать об этом. Неужели вас не сопровождал ни один военный сталкер?

Антонов нервно дернул плечом.

— У меня создалось впечатление, что сталкеров не привлекали из соображений секретности. Они могли по-своему отнестись к сведениям о новом артефакте. Военные не хотели, чтобы сведения о нем просочились в сталкерскую среду.

— Вот как… — медленно произнес Маус. — Что же это за хрень-то такая, что ее от даже от сталкеров скрывают? От кого же у вас информация о ней, как не от сталкеров?

— Я давал подписку о неразглашении, — вновь надевая очки, нервно сказал Антонов.