— Ай! Отвали!

Мальчик оттолкнул повязку и сел ровнее. Его взгляд прояснился, и он с подозрением уставился на снегоступы Алека.

— А ты кто такой?

— Я пришел к вам на помощь. Я живу недалеко.

— Здесь? В этом проклятом снегу?

— Да… — Алек смущенно закашлялся, не зная, что сказать. Вранье никогда ему не удавалось. — Тут поблизости что-то вроде деревни.

— Минуточку! — Молодой пилот прищурился. — У тебя говор прямо как у жестянщика!

— Вполне возможно. В этой части Швейцарии мы говорим по-немецки.

Мальчик смотрел на него несколько мгновений, потом вздохнул и потер лоб.

— Ах да, ты швейцарец. Падение вышибло из меня все мозги. На секунду мне показалось, что ты из тех сволочей, которые нас подбили.

— Подбил, а потом приземлился, чтобы за вами поухаживать? — Алек поднял бровь.

— Признаю, что сморозил глупость! — Мальчик взял из его рук пропитанный спиртом бинт, прижал к носу и высморкался. — В любом случае спасибо. Повезло, что ты на меня наткнулся, не то я точно отморозил бы задницу, ко всем чертям!

Алек поднял другую бровь. Интересно, этот мальчик всегда так выражается или он еще не отошел от шока? Даже избитый и окровавленный, парнишка держался с таким куражом, словно попадал в авиакатастрофы каждый день.

— В самом деле, — кивнул Алек, — отмороженная задница — это, должно быть, весьма некомфортно.

Мальчик улыбнулся.

— Поможешь встать?

Алек протянул ему руку, и молодой пилот, шатаясь, поднялся на ноги. Он едва не упал, но сразу снял перчатку и протянул принцу руку.

— Мичман Дилан Шарп, к вашим услугам.

Дэрин протянула руку, но странный швейцарский мальчик не спешил отвечать на ее рукопожатие и лишь после долгого колебания наконец представился:

— Меня зовут Алек. Приятно познакомиться. Дэрин улыбнулась, хотя у нее очень болела голова.

Мальчик оказался примерно ее возраста, с темными волосами и правильными, приятными чертами лица. Его кожаная куртка когда-то была вполне приличной, но теперь истерлась до дыр. В темно-зеленых глазах сквозило беспокойство: казалось, он в любой момент готов сорваться и убежать прочь в своей смехотворной обуви. Все это выглядело очень странно.

— Вы уверены, что хорошо себя чувствуете? — спросил Алек.

По-английски он говорил безукоризненно, хотя и с немецким акцентом.

— Более-менее. — Дэрин переступила с ноги на ногу, чувствуя, что тошнота и головокружение отступают.

Тем не менее головой она треснулась здорово. Сам момент катастрофы не запомнился, в голове мелькали только обрывки видений: снег летит в лицо, корабль скользит, заваливаясь на бок, а она карабкается вверх по вантам, убегая от неминуемой гибели…

Дэрин покосилась на свой страховочный трос — он был все еще пристегнут к вантам. Похоже, корабль довольно долго тащил ее за собой по снегу. Если бы летающий кит чуть больше завалился на бок, от нее осталось бы только мокрое место.

— Мутит чуть-чуть, — добавила она, окидывая взглядом пробитую пулями мембрану. Со всех сторон несло горьким миндалем, воздух был насыщен водородом. — Но бедной зверюге досталось куда сильнее.

— Да, ваш корабль выглядит скверно, — подтвердил Алек. Он таращился на «Левиафан» с таким выражением, будто никогда раньше не видел фабрикатов. Возможно, именно поэтому он и нервничал. — Неужели его еще можно починить?

Дэрин отступила назад и внимательно осмотрела летучего зверя. По эту сторону не наблюдалось ни одного человека, только на хребте в лучах прожекторов маячили силуэты. Гондолы должны были упасть с другой стороны, значит, ремонт начнется оттуда.

Пожалуй, ей следует перебраться туда и выяснить, что случилось с Ньюкирком и мистером Ригби, но у нее до сих пор подгибались колени и дрожали руки. Похоже, пока она лежала без сознания, ее проморозило до костей.

— Думаю, можно, — сказала она, окидывая взглядом долину. — Но мы не собираемся долго здесь торчать. Может, твои односельчане нам помогут?

— Моя деревня довольно далеко. — Глаза мальчика забегали. — И мы совсем не разбираемся в воздушных кораблях.

— Ну разумеется! Только здесь хватит работы на всех. Нам понадобится куча веревок и, может быть, запчасти для двигателей — их наверняка раздавило в лепешку. Ведь вы, швейцарцы, здорово разбираетесь во всякой механике, правда?

— Боюсь, мы не сможем помочь вам с ремонтом… — Алек снял с плеча кожаные сумки-аптечки и протянул Дэрин. — Но я принес вам вот это для раненых.