— Ух, это хорошо. Ты видела меня? Разве Тиа не чудо? — Тори наклонилась и обняла лошадь за шею.

— Думаю, вы обе замечательные, — задумчиво сказала Кейси.

— Слезай сейчас же, Тори. Мы идем к дантисту, — сказала Джулия.

— Мне нужно отвести Тиа, — запротестовала Тори. К ним подошел Джон.

— Я отведу ее, малышка.

— пасибо тебе, Джон. — Тори слезла с лошади и послушно двинулась с Джулией к автомобилю, но обернулась, прежде чем открыть дверцу.

— Эй, Кейси! Надеюсь, ты не возражаешь, что Джон учит меня? Ты можешь дать мне урок в следующий раз.

Кейси улыбнулась и ответила:

— Мне бы очень хотелось этого, Тори!

— Милый ребенок, — небрежно заметил Джон, глядя вслед отъезжавшему автомобилю.

Джон повел Тиару в конюшню, и Кейси пошла рядом с ним.

— Да, она — само очарование.

— Я рад, что тебе стало лучше.

— Благодарю.

— Я сказал Сэму, чтобы он был более аккуратным, — сказал Джон.

— Да, это не помешает. Иногда Сэм бывает слишком ленив.

— Извини, что я не проверил подпругу сам. Не хочу больше видеть, как ты падаешь.

— Ты обо мне заботишься? — ядовито заметила Кейси.

— Конечно, забочусь. А ты что, не веришь мне? — Джон остановил лошадь и преградил ей путь.

— Ладно, ты говоришь, что заботишься обо мне, но я помню время, когда тебя ничего не интересовало, кроме твоей карьеры.

— Черт побери, Кейси! Ты сказала мне, что все, что случилось с нами когда-то, кончено, но снова и снова начинаешь говорить об этом. Ты знаешь, я всегда желал тебе счастья.

Он быстро пошел вперед, и Кейси отстала, не в силах угнаться за ним. Когда она наконец добралась до конюшни, Джон уже завел Тиару в стойло.

— Я продолжаю говорить о прошлом, потому что никогда не была удовлетворена твоим объяснением, — спокойно продолжила Кейси. — В то время я думала, что у нас с тобой замечательные отношения. Я даже была уверена, что мы влюблены друг в друга.

— Кейси, ты думаешь, я оставил ферму из-за выгодной работы в Калифорнии?

— Да, именно так ты сказал мне тогда.

— Я помню, что сказал тебе, но настоящая причина, из-за которой я уехал, совсем другая.

— И что же это? О чем ты умолчал?

— Новая работа была просто поводом для отъезда. Я говорил тебе тогда, что мы еще слишком молоды для брака, а ты хотела, чтобы мы поженились.

— Ты имеешь наглость сообщить мне, что уехал в Калифорнию из-за того, что я была слишком настойчива? Ты обвиняешь меня?

— Черт побери, Кейси! Мы действительно любили друг друга, но ты ведь и сама понимаешь, что мы были тогда слишком молоды, я планировал на тебе жениться… когда накоплю денег. Мне не хотелось быть похожим на своего отца. Я стремился финансово обеспечить мою семью. Кроме того, Поп уже оплатил первый семестр твоего обучения в колледже, помнишь? Мы разрушили бы наши жизни, если бы поженились, будучи подростками.

— В самом деле? А сейчас нас преследует ошеломляющий успех, не так ли? — едко заметила Кейси.

— Ты добилась успеха. Я следил за твоей карьерой. Ты один из немногих тренеров со степенью колледжа Уильяма Вудса. Тебя знают и уважают. Единственная вещь, которую я бы рассматривал как поражение, это пожар на ферме Кингов.

— Но это мы преодолели, — заметила Кейси.

— Верно. — Джон обернулся. Ну почему она не понимает? — Кейси, я верил тогда, что делаю, как лучше для нас. Разве ты не видишь, что я заботился и о твоем будущем?

— Конечно.

— Ты хотела замуж и не думала о последствиях. Если бы я тогда женился на тебе, ты не получила бы степень колледжа.

— И ты не сделал бы карьеру.

— Кейси, я ушел в то время, десять лет назад, потому что заботился о тебе.

— Мне жаль, что ты не объяснился со мной тогда, — тихо сказала она и пошла к выходу.

Кейси была охвачена гневом, не поддающимся контролю, и злилась только на себя.

Если бы она знала, что в конечном счете он собирается жениться на ней, она сказала бы ему о ребенке. Они могли бы быть семьей, потому что она нашла бы способ содержать Тори.

Когда Поп пришел домой, Кейси сидела в затемненной гостиной. Старик щелкнул выключателем и проворчал:

— Здесь слишком темно, дорогая.

— Мне нравится так сидеть. — Кейси взглянула на отца. Его лицо не изменилось, но походка явно отличалась от обычной.

— Вся тяжесть мира на твоих плечах, дочка?

Откуда он знает? Он всегда все знал. Может, по ее лицу догадался? Наверное, ему что-то известно, и он не отстанет, пока не выяснит все.

— Я поспорила с Джоном, — сказала она, надеясь, что этого будет достаточно.